— Ха-ха! — презрительно скривил губы продавец. — Он — полукровка, а все полукровки — индейцы.

Дэнни ощущал тяжесть поднимавшегося внутри Кармеллы гнева, как и тяжесть ее тела, поскольку она буквально повисла у него на руке. Ему все-таки удалось довести рассерженную старуху до двери, как продавец снова крикнул им вслед:

— Этот парень Кетчум — сам из исчезнувшего народа![140]

Потом, спохватившись, что сболтнул лишнее, продавец испуганно добавил:

— Только не передавайте ему моих слов.

— Насколько я понимаю, Кетчум периодически приезжает к вам за покупками? — спросил Дэнни, искренне наслаждаясь страхом, охватившим толстяка.

— У него такие же деньги, как у всех, — угрюмо пробубнил продавец.

— Я обязательно передам ему ваши слова, — пообещал Дэнни, выводя Кармеллу из магазина.

Когда они вновь оказались в машине, Кармелла спросила:

— Так мистер Кетчум — индеец?

— Не знаю. Может, частично. Я никогда его об этом не спрашивал.

— Боже мой, — вздохнула Кармелла. — Никогда не видела бородатого индейца. Даже в кино.

Они выехали из города по шоссе 26. Миновали чистенький палаточный лагерь с незатейливым названием «Кров и пища», проехали мимо трейлер-парка, названного, видимо, в традициях местных реалий «Опилочной аллеей». Попался щит с рекламой «Умбагога» — ассоциации снегоходов (транспорта, весьма актуального для здешних краев). Миновав поворот на Эйкерс-Понд, Дэнни не свернул с шоссе, а просто заметил место нужного им поворота. Как бы ни называлось место обитания Кетчума, утром его будет легче найти.

Почти стемнело. Возле дороги тянулось поле с высокой оградой. Естественно, Кармелла вслух прочла надпись:

— «Просим не пугать бизонов». Боже мой, но кому придет в голову пугать бизонов? — недовольным тоном воскликнула она.

Однако бизонов они не увидели, только пустое поле за оградой.

Отель (на рекламных щитах он горделиво именовался гранд-отелем) в Диксвилл-Нотч назывался «Балзэмс». В холодное время года сюда съезжались любители горных лыж, а в теплое — любители пеших прогулок и гольфа. В межсезонье, да еще и после уик-энда, отель был пуст. В ресторане они оказались единственными посетителями. Дэнни заказал обед. Кармелла глубоко вздохнула (вероятно, радуясь, что на сегодня путешествие окончено). Она попросила бокал красного вина. Себе Дэнни взял пива. Пить вино он перестал после гибели отца, хотя Кетчум всячески ругал его за это.

— Какой смысл отказываться от красного вина теперь? — кричал в трубку Кетчум. — Ты же без него не уснешь!

— Мне уже все равно, усну я или нет, — ответил старому сплавщику Дэнни.