— Ну как, понравился тебе Фрэнк?

— Разве такой человек может не понравиться! — сухо улыбнулся Десмонд. — Меня только немного удивил его завтрак.

— Фрэнк сделал мне столько добра, и меня абсолютно не волнует, что он ест на завтрак.

Теперь нам ничего больше не оставалось, как только ждать. В те золотые дни было приятно нежиться на солнышке в саду отеля «Беверли-Хиллз», а утром — нырнуть в большой бассейн и пройтись быстрым шагом до ближайшего прибежища верующих. Я постоянно, хотя, увы, напрасно предлагал Десмонду составить мне компанию. Он упорно отказывался и лишь угрюмо глядел мне вслед. Он ждал меня, лежа в шезлонге на солнце, и встречал своим обычным мрачным взглядом.

— Ну что, получил отпущение грехов? — ехидно поинтересовался он, когда я как-то раз вернулся позже обычного.

— Нет, Десмонд! Но у меня был длинный и, надеюсь, полезный разговор с отцом Дэвисом.

К счастью, в этот момент принесли завтрак: хрустящий хлеб, завернутый в салфетку, мед, кофе в серебряном термосе и, что самое замечательное, уже разрезанные пополам большие розовые грейпфруты.

На пятый день нашего пребывания в отеле, когда я начал всерьез беспокоиться о счете, нам нанесла короткий, но незабываемый визит Делия Би, которая, материализовавшись из воздуха, как орел, вцепилась когтями в Десмонда. Повиснув у него на руке, она принялась прохаживаться взад-вперед и что-то быстро нашептывать ему на ухо. Десмонду ничего не оставалось, как время от времени согласно кивать. Наконец Беделия вернулась вместе с ним в коттедж, где театральным жестом протянула Десмонду великолепно украшенную карточку.

— Десмонд, смотри не потеряй! Ты хотя и будешь звездой вечера, без этой штуки тебя не пропустят.

— А как насчет пригласительного билета для меня, Делия Би?

— Ну а тебе, Рыжий, приглашение без надобности. Вечеринки у Сэма — важные мероприятия. Писателям туда вход заказан, — добродушно сказала она.

— Да ладно тебе, Ди Би. Я имею полное право посмотреть на веселье. Я, как мышка, буду сидеть тихо-тихо.

— Мышкам тоже вход заказан, Рыжий, — засмеялась она, протягивая мне пригласительный билет. — Думаю, ты заслужил право присутствовать. Но только постарайся одеться поприличнее и даже не вздумай произносить слово «книги», а то тебя живо выставят вон.

После ухода Делии Би мы с Десмондом изучили прекрасно оформленные билеты, представлявшие собой отпечатанные на бумаге с золотым обрезом приглашения на званый вечер, который устраивал Сэм Голдвин в своем доме в Беверли-Хиллз двенадцатого июня.

— Всего каких-то четыре дня осталось ждать! — жизнерадостно воскликнул я; после такого долгого путешествия для меня это был не срок. — Ты уже решил, что будешь петь? Полагаю, как всегда, арию Вальтера?