Сначала недирективные импровизации современного танца, используемые в интроспективных целях, кажутся студентам из Азии чем-то совершенно непонятным, ведь учитель не дает никаких указаний, ориентиров. Полевые исследования показали (Chang, 2002), что западный подход хорош тем, что помогает человеку научиться «вести себя самостоятельно», в то время как конфуцианский подход всегда подразумевает единственный правильный ответ. Антрополог Д. Хоффман писала: «Культуры сильно разняться в том, как они определяют отношения между „Я“ и „Другим“, насколько они различают „душу“ и „тело“ и концептуализируют ли они способность действовать как нечто, происходящее изнутри или извне» (Hoffman, 1998, p. 328).

Хоффман различает культуры, в которых Я представляется как независимое, индивидуализированное и отдельное, и культуры, в которых Я всегда укоренено в системе общественных отношений и имеет текучие и гибкие границы. Поэтому, если студент из Азии скажет «Моя индивидуальность не есть моя личность. Я – это моя семья, моя религия, мой возраст и моя школа», то в рамках традиционной западной эго-психологии его тут же назовут незрелым и несамостоятельным. В разных культурах могут различаться даже такие глубинные качества, как определение индивидом или группой своей идентичности.

Как клиницисты, взаимодействуя с представителями разных субкультур и языковых картин мира, мы обязаны учитывать те дезориентирующие влияния, которые могут оказывать культурные, расовые, этнические и социоэкономические различия. Столкновение в клинической практике с фундаментальными несовпадениями в определении идентичности, самосознания, понимании семьи или половой принадлежности может повысить чувствительность и сознательность терапевта, если, конечно, он хочет понять другие взгляды на мир (H. Chaiklin, личное общение, October 16, 2006). Наилучший исход – «развитие принципиально международной профессии танцевально-двигательного терапевта» (Schelly-Hill, Goodill, 2005), полный отказ от экзотизации различий и осознание необходимости учета широкого культурного контекста развития танца.

Можно ли заниматься ТДТ на стыке языков, культур и расово-этнических особенностей?

Можно ли заниматься ТДТ на стыке языков, культур и расово-этнических особенностей?

Самоосознание

Для того чтобы ТДТ стала более ориентированной на клиентов со всего мира, нужно сделать первый шаг – признать необходимость повышения осознания танцевально-двигательными терапевтами важности учета расовых, этнических, культурных, гендерных и классовых различий. Пока культурно обусловленные убеждения и привычки не будут ясно осознаны и изучены, терапевт будет «бессознательно избегать некоторых клиентов, ощущая страх, амбивалентность и даже личное отвращение» (Gaertner, Dovidio, цит. по: Dokter, 1998, p. 148). Предрассудки настолько вездесущи, что я бы назвала исследование своих субъективных предубеждений, а также этнических и расовых различий главнейшей задачей обучения преподавателя или терапевта (Carter, Qureshi, 1995). В рамках систем развития структурированного расового самосознания (Helms, 1990; Sue, 2003) расовая идентичность считается ключевым компонентом индивидуального развития положительного образа себя. Знание собственной расовой/этнической/культурной/классовой истории аналогично самооценке стиля движений. Его тоже можно исследовать с помощью инструментария, предоставляемого танцем.