Изучая произведение Ссылки на страницы приводятся по изданию: Freud S. (1924е). Le problème économique du masochisme // Névrose, psychose et perversion, trad. J. Laplanche. Paris: PUF, 1973, р. 287–298 [страницы, указанные в квадратных скобках, приводятся по изданию: OCF.Р., XVII, 9–23].

Изучая произведение

Ссылки на страницы приводятся по изданию: Freud S. (1924е). Le problème économique du masochisme // Névrose, psychose et perversion, trad. J. Laplanche. Paris: PUF, 1973, р. 287–298 [страницы, указанные в квадратных скобках, приводятся по изданию: OCF.Р., XVII, 9–23].

 Новый взгляд на принцип удовольствия

Вначале Фрейд объясняет причины, которые вынудили его пересмотреть свою точку зрения на принцип удовольствия, в особенности на его отношения с принципом нирваны, который он ранее представлял как его эквивалент. Действительно, в работе По ту сторону принципа удовольствия (1920g) Фрейд назвал «принципом нирваны» стремление психического аппарата сводить к нулю любое возникающее количество возбуждения, причем это стремление к уничтожению, казалось, совпадало с влечением к смерти. В работе «Экономическая проблема мазохизма» Фрейд снова подтверждает свое согласие с принципом нирваны, но подчеркивает следующую трудность: если принцип удовольствия – действительно эквивалент принципа нирваны, как он утверждал ранее, мы приходим к заключению, что принцип удовольствия стоит на службе у влечения к смерти, что было бы парадоксом: «…принцип нирваны (и принцип удовольствия, якобы ему идентичный) стояли бы на службе только у влечения к смерти, цель которого – привести постоянно меняющуюся жизнь к стабильности неорганического состояния…» (р. 288 [12]). Помимо этого первого противоречия, есть и другое: принципу удовольствия – предположительно исключающему напряжения неудовольствия – противоречит также тот факт, что существуют состояния напряжения, которые сопровождаются удовольствием, главный пример этого – состояние сексуального возбуждения. Делая выводы из этих противоречий, Фрейд выдвигает гипотезу, что принцип нирваны, восходящий к влечению к смерти, должен был, разумеется, претерпеть изменение у живых организмов, чтобы не приводить жизнь в неорганическое состояние, служа таким образом принципу удовольствия; он приписывает это изменение вмешательству либидо, которое объединяется с влечением к смерти, чтобы участвовать в управлении жизненными процессами.