Что касается ощущений удовольствия-неудовольствия, то Фрейд, до этого момента полагавший, что они зависят от количественного фактора, связанного только с ростом или с уменьшением количества возбуждения, теперь вводит новое различие: по его мнению, ощущения удовольствия-неудовольствия зависят не только от количественного, но и от качественного фактора, который ему не удается определить точнее: «Возможно, речь идет о ритме, о временном сдвиге изменений, подъемов и падений количества возбуждения; мы этого не знаем» (р. 288 [12]).

С этого момента Фрейд стал полагать, что в основе регулирования жизненных процессов лежат три принципа: принцип нирваны, который репрезентирует влечение к смерти посредством своего стремления сократить количество возбуждения до нуля; принцип удовольствия, который качеством либидинального возбуждения выражает соединение влечения к жизни и влечения к смерти; наконец, принцип реальности, который позволяет отсрочить удовольствие и временно терпеть неудовольствие. Эти три принципа не могут избежать конфликта между собой, но они вынуждены приспосабливаться друг к другу, чтобы сохранить жизненные процессы. Для того чтобы защитить жизнь от разрушения, принцип удовольствия должен примириться с либидинальной связью (частичным слиянием) между влечением к смерти и влечением к жизни: «Вывод из этих умозаключений таков, что невозможно избежать обозначения принципа удовольствия как хранителя жизни» (р. 289 [13]).

Продолжая свои размышления в свете этих теоретических выкладок, Фрейд последовательно изучает три формы мазохизма: женственный мазохизм у мужчины; первичный, или эрогенный, мазохизм и моральный мазохизм.

 «Женственный мазохизм у мужчины»

Именно у мужчины мы, прежде всего, наблюдаем женственный мазохизм: по мнению Фрейда, речь идет о настоящей перверсии, явное содержание которой выражается в фантазиях, где преобладает желание быть связанным, избитым или выпоротым и т. д., – фантазиях, которые завершаются мастурбацией или сами по себе приносят сексуальное удовлетворение. В подобных случаях перверсии можно отметить, что индивид оказывается в «позиции, характерной для женщины; [эти фантазии означают] быть кастрированным, подвергнуться совокуплению или родить ребенка» (р. 290 [14]). Отсюда и появилось наименование женственный мазохизм, которое означает пассивную позицию по отношению к объекту – результат регресса к инфантильной сексуальности. Кроме того, при этой перверсии индивид обвиняет себя в том, что совершил ошибку, которую следует искупить болью и мукой, выражая через эти самоупреки бессознательное чувство вины за детскую мастурбацию. Бессознательное чувство вины сближает женственный мазохизм с другой формой мазохизма – моральным мазохизмом.