Андреа Кэмпбелл, которой было 10 лет, когда ее мать умерла, и 12 лет, когда отец покончил с собой, никогда не чувствовала, что может оплакать горе в подростковом возрасте. Она очень рано вышла замуж и родила ребенка. «Я воспитываю дочь, которая мне очень дорога, – поясняет она. – Каким-то образом я вернула свою мать, сама став матерью и начав делиться любовью с дочерью. Но я пыталась исцелить себя. Неосознанно пытаясь исцелиться через другого человека, мы навязываем ему свои раны. Хотя я была любящей и заботливой матерью, потому что получила заботу и любовь в первые 10 лет жизни, моя утрата все равно ранила мою дочь». Оплакав свою мать во взрослом возрасте, доктор Кэмпбелл поняла, что видела в дочери умершую мать. После этого они вдвоем начали работать над восстановлением отношений.
Пол имеет значение
Пол имеет значение
«Мне все равно, кто у меня родится – мальчик или девочка, главное, чтобы ребенок был здоровым», – так говорит почти каждая беременная женщина. С материнской точки зрения это правильные слова. Но доктор Кэмпбелл признает, что дочь дает матери дополнительный потенциал, чего не может сделать сын. Многие женщины без матерей тайком мечтают родить дочерей. Три четверти женщин, опрошенных для книги «Матери без матерей» (Motherless Mothers), признались, что надеются родить дочерей – в первую очередь потому, что верят: так можно воскресить утраченные отношения матери и дочери. Другие хотели назвать дочерей в честь матерей или надеялись, что дочь будет похожа на них и таким образом воскресит мать.
«Буду честна, – говорит 34-летняя Сесилия, которой было 12 лет, когда ее мать умерла. Сегодня она пытается забеременеть, – Я хочу дочь именно по этой причине. Конечно, я согласна на любого ребенка, но сказала своему мужу: “Мы будем пытаться до тех пор, пока не родится дочь! То есть, если у нас будет два мальчика, я все равно попробую родить девочку. Говорят, когда ты пытаешься забеременеть, нельзя говорить о таких вещах, но я действительно так думаю».
Незначительное меньшинство дочерей без матерей утверждают, что хотят сына – зачастую из-за страха, связанного с отсутствием эмоциональных навыков или материнского опыта, который необходим для воспитания девочки. «Мысль о дочери приводила меня в ужас, – признается 51-летняя Адель, чья мать провела в специализированном медицинском учреждении все детство дочери и умерла, когда Адель было 20 лет. – Я не понимаю девочек. Мне гораздо проще с мужчинами. Мы хотели сына, но когда я узнала, что у нас действительно будет сын, испытала огромное облегчение. Если бы у меня родилась дочь, не знаю, что бы я делала».