Необходимость переключить внимание

Рефлексия и целенаправленная деятельность становятся приятными отдушинами в хаосе, который обычно воцаряется в семье после смерти родителя. Некоторые женщины получают он него пользу. Линда Шостак, одна из первых партнеров-женщин в юридической фирме Morrison & Foerster в Сан-Франциско и уважаемый судебный адвокат в Калифорнии, вспоминает, как загружала себя делами в то лето, когда ее мать умерла от рака. Тогда Шостак было 13 лет.

Мой отец боролся с горем так – игнорировал его и избегал разговоров о смерти. Я помню, как грустила тем летом, но не помню, чтобы мне было тяжело адаптироваться. Сразу после смерти мамы папа сказал мне: «Почему бы тебе не собрать знаки отличия, чтобы получить “Изогнутую ветвь”?» Так называлась высшая награда для девочки-скаута в то время. Еще я прочитала «Унесенные ветром» и много рисовала. Мне просто хотелось занять себя делом. Если на улице было жарко, мы шли в кинотеатр, потому что там работали кондиционеры. Когда я приходила домой и понимала, что не могу обсудить фильм с мамой, очень расстраивалась. Я старалась занять себя делом, чтобы у меня не было пустого времени. Я привыкла все время что-то делать, чтобы не думать о горе. Если я думала о маме, очень-очень расстраивалась, поэтому я научилась отгораживаться от своих чувств. После окончания школы я поступила в Вассар-колледж, а потом в Гарвардскую школу права. Я проработала в Нью-Йорке полтора года и в 1974 году переехала сюда, чтобы работать в Morrison & Foerster. С тех пор я живу здесь. В каком-то смысле у меня немодная биография. В понедельник я участвовала в даче показаний очень успешного страхового агента. Он рассказал о себе, и я узнала, что он занимался самыми разными вещами, например играл на музыкальных инструментах и был водителем автобуса. Но я шла напрямую к юридическому образованию. Я никогда не сходила с пути.

Мой отец боролся с горем так – игнорировал его и избегал разговоров о смерти. Я помню, как грустила тем летом, но не помню, чтобы мне было тяжело адаптироваться. Сразу после смерти мамы папа сказал мне: «Почему бы тебе не собрать знаки отличия, чтобы получить “Изогнутую ветвь”?» Так называлась высшая награда для девочки-скаута в то время. Еще я прочитала «Унесенные ветром» и много рисовала. Мне просто хотелось занять себя делом. Если на улице было жарко, мы шли в кинотеатр, потому что там работали кондиционеры. Когда я приходила домой и понимала, что не могу обсудить фильм с мамой, очень расстраивалась. Я старалась занять себя делом, чтобы у меня не было пустого времени. Я привыкла все время что-то делать, чтобы не думать о горе. Если я думала о маме, очень-очень расстраивалась, поэтому я научилась отгораживаться от своих чувств.