Используя систему понятий теории научения, можно сказать, что эти пациенты обладают дезадаптивными сознательными и неосознаваемыми дорефлективными убеждениями «если – то»: «Если она узнает меня лучше, то она будет презирать меня»; «Если я с кем-то сближусь, то я окажусь под контролем». Многим пациентам не удалась трансформация отношений в символическую репрезентацию внутреннего «безопасного пространства» (Cassidy, 1999). Напротив, то, что происходит в отношениях, является для них сигналом или напоминанием о физической и эмоциональной боли. Негативное оценочное обусловливание, связанное со стыдом и страхом, затрудняет установление первичной позитивной связи: «По сути, я отвратителен и слаб, а этот терапевт бесполезен или опасен».

Пациентам, страдающим от психической травмы, трудно адекватно оценить контекст терапевтической ситуации, поэтому очень часто они оказываются во власти сильных эмоций. Это могут быть и чрезвычайно мощные негативные аффекты стыда, вины, ярости, ревности, мстительности, панического страха оставленности, ужаса, горя, фрустрации сильной потребности в любви и заботе. Однако у пациентов в терапии могут возникать и другие, позитивные чувства, отличающиеся сильным накалом: любовь, сексуальное влечение, нежность, восхищение или радость. Избегание может распространяться и на позитивные эмоции. Вместе с тем эти эмоции могут стать частью стратегии избегания болезненных аффектов.

Фобии привязанности и утраты привязанности – две стороны одной медали – основаны на страхе, что привязанность принесет страдание. Однако эти фобии связаны с разными системами действий и, соответственно, активируют разные части личности. Активность частей, фиксированных на фобии отношений привязанности части личности, как правило, опосредована защитными маневрами избегания и игнорирования отношений привязанности и связанного с ними психического содержания: «Ваше хорошее отношение оплачивается, оно покупное и поэтому ничего не значит», «Я ничего не чувствую, когда мы встречаемся». Для частей, фиксированных на фобии утраты привязанности, характерен призыв к объекту привязанности («крик привязанности») или защитные маневры борьбы, направленной на избегание утраты привязанности и связанного с ней психического содержания: «Пожалуйста, не оставляйте меня, я не могу жить без вас»; «Если вы оставите меня, то я сделаю так, что вы сильно пожалеете об этом». Эти «противоположно направленные» фобии лежат в основе отношений привязанности дезорганизованного/дезориентированного типа (см. главу 3; Liotti, 1999a, b; Main & Solomon, 1986).