Бэтти: Да. Умом-то я понимаю, что теперь все хорошо. Но чувствую я себя по-другому. Мои чувства изнуряют меня, я становлюсь тревожной, погружаюсь в депрессию. И тогда я не хочу ничего делать, не хочу выходить из дома. [Недостаток реализации; условная реакция; пациентка признается в том, что сильные негативные эмоции истощают ее психическую энергию.]

Терапевт: Важно, чтобы здесь не происходило ничего, с чем вы не могли бы справиться, что серьезно ухудшило бы Ваше состояние. Скажите, как вы чувствуете себя сейчас? Мы должны соблюдать меру в нашей работе, не выходить за рамки ваших возможностей. Испытываете ли вы сейчас дискомфорт? Если да, то как бы вы оценили его уровень по 10-балльной шкале? [Терапевт регулирует темп терапевтической работы; стимулирует презентификацию, привлекая внимание пациента к переживанию здесь-и-сейчас; интервенция (оценка субъективного восприятия уровня дистресса) помогает пациенту перейти от реактивного модуса функционирования к рефлексии, что способствует повышению психического уровня пациента.]

Бэтти: Я чувствую себя нормально. Я бы оценила свое состояние по этой шкале примерно на 3. Однако внутри себя я слышу рыдания. Они доносятся как бы издалека. Думаю, что для той части меня эта оценка все время держится на отметке 15. Она изводит меня! Я не знаю, что надо сделать, чтобы не слышать этих рыданий?! Уйти отсюда, сменить тему, орать песни про себя во весь голос? Что я могу сделать, чтобы отделаться от нее? [Показывает, что переживания ВНЛ и АЛ могут весьма сильно отличаться; АЛ не хватает презентификации и реализации; ВНЛ охотно прибегла бы к маневрам избегания и ухода, в то же время ВНЛ вполне в состоянии рассуждать о своих намерениях, а не просто реализовывать их в поведенческих актах, что свидетельствует о повышении ее психического уровня.]