Задача терапевта, прежде всего, состоит в том, чтобы борющиеся части стали воспринимать терапевтические отношения как безопасные, а не как угрожающие. При этом при работе с этими диссоциативными частями во что бы то ни стало терапевту следует сохранять вежливое отношение к пациенту, а его поведение должно быть настолько понятным, предсказуемым и последовательным, насколько это возможно. Поэтому терапевту следует воздерживаться от неожиданных для пациента и резких движений во время сессии. Так, например, терапевт может предупредить пациента о намерении совершить какое-то действие: «Я встану и возьму свою записную книжку, хорошо?». Кресло терапевта должно быть расположено таким образом, чтобы оно не загораживало пациенту путь к двери. Терапевт должен узнать у пациента, чувствует ли он большую безопасность при закрытых или открытых жалюзи. Терапевт должен помнить, что при непосредственном контакте с борющимися частями ему придется иметь дело с очень сильными аффектами ярости. Поэтому его задача состоит в том, чтобы помочь пациенту преобразовать эти эмоции в адаптивное чувство гнева, для которого могут быть найдены адекватные средства и каналы выражения. Эти части нуждаются в том, чтобы на смену их дорефлективной разрядке аффектов ярости пришло более рефлективное отношение к собственному гневу. Этому могут, например, помочь такие комментарии и действия терапевта: «Я понимаю, что после того, как вы, находясь во власти ярости, нанесете несколько ударов по стене, вы сразу же чувствуете облегчение. Однако мы оба понимаем, что это облегчение временно и вряд ли вам принесет много пользы, по крайней мере, что-то еще, кроме этого скоропреходящего облегчения, если вы сейчас атакуете стены этого кабинета. Может быть, мы попробуем изменить это, и для начала сделаем дыхательные упражнения? Попробуйте сосредоточиться на своем дыхании… Теперь, когда ваше присутствие здесь и сейчас стало более полным, попробуйте рассказать (или нарисовать), как вы переживаете эту эмоцию, как это, носить такую ярость в себе? Возможно, внутри вас есть части, которые сейчас могли бы помочь вам разобраться с этой яростью, так что вы получали бы помощь не только извне, от меня, но и изнутри, помогали бы себе сами?».

Очень часто для борющихся (и имитирующих агрессора) частей характерно обусловленное негативное оценивание уступчивых, склонных к подчинению и нуждающихся частей как защитный маневр, направленный против осознания своего чувства беспомощности и собственных базовых потребностей, которые остались неудовлетворенными. Поэтому формированию внутренней эмпатии помогли бы образовательные интервенции терапевта о том, какую роль для решения задачи выживания в экстремальных обстоятельствах играет поведение подчинения, а также об универсальности базовых человеческих потребностей.