Леони, пациентка с РДИ, в 15 лет подверглась сексуальному насилию со стороны своего отца. Совершив насилие, отец зарезал ее кролика и, приставив нож к ее горлу, угрожал сделать то же самое и с ней, если она посмеет кому-нибудь рассказать о том, что произошло. Когда АЛ Леони, которая владела исполнительным контролем и непосредственно переживала ситуацию угрозы, рассказывала об этом психотравмирующем событии, она становилась чрезвычайно тревожной, и ей одолевали суицидальные импульсы. Между тем ВНЛ Леони понимала, что сейчас, спустя много лет после этих событий, отец уже никак не может узнать, рассказала она или нет о том, что тогда произошло, не говоря уже о том, чтобы осуществить свои угрозы. Однако АЛ Леони присвоила воспоминаниям об угрозах убийством со стороны отца настолько высокий статус реальности, что одних только когнитивных интервенций было недостаточно для коррекции ее эмоциональной реакции. Потребовался синтез травматических воспоминаний и реализация АЛ себя как взрослого человека, живущего в настоящем.

Леони, пациентка с РДИ, в 15 лет подверглась сексуальному насилию со стороны своего отца. Совершив насилие, отец зарезал ее кролика и, приставив нож к ее горлу, угрожал сделать то же самое и с ней, если она посмеет кому-нибудь рассказать о том, что произошло. Когда АЛ Леони, которая владела исполнительным контролем и непосредственно переживала ситуацию угрозы, рассказывала об этом психотравмирующем событии, она становилась чрезвычайно тревожной, и ей одолевали суицидальные импульсы. Между тем ВНЛ Леони понимала, что сейчас, спустя много лет после этих событий, отец уже никак не может узнать, рассказала она или нет о том, что тогда произошло, не говоря уже о том, чтобы осуществить свои угрозы. Однако АЛ Леони присвоила воспоминаниям об угрозах убийством со стороны отца настолько высокий статус реальности, что одних только когнитивных интервенций было недостаточно для коррекции ее эмоциональной реакции. Потребовался синтез травматических воспоминаний и реализация АЛ себя как взрослого человека, живущего в настоящем.

Управляемый синтез доминирующего травматического аффекта. Стратегия и техники управляемого синтеза могут быть также использованы в отношении генерализованных негативных аффектов (которые часто связаны с утверждениями патогенных ядер), таких как острое чувство одиночества, никчемности или суицидальные чувства. Управляемый синтез в данном случае заключается в том, что общий объем аффекта распределяется внутри личностной системы пациента «долями», которые соответствуют психическому уровню той или иной диссоциативной части личности. Иногда также и замещающие действия, связанные с этими аффектами, например суицидальное поведение, могут прорабатываться в терапии схожим образом.