Солиситоры, которые заказали мне обследование, спросили, сформировалась ли у Кая mens rea относительно его преступления. Это латинское выражение, в буквальном переводе «виновный разум», означает волю к преступлению – ситуацию, когда виновный нарушает закон преднамеренно и заведомо. Это относится к большинству преступлений, но не ко всем. Например, чтобы превысить скорость, не обязательно знать, каковы ее ограничения, поэтому незнание здесь не освобождает от ответственности (и я готов это подтвердить, поскольку безуспешно оспаривал множество штрафов, пытаясь сослаться на незнание). Я особо указал в отчете, что как психиатр не имею права высказывать мнение, действительно ли Кай действовал исходя из mens rea (это вопрос юридический, и решение выносит исключительно суд), но могу лишь заключить, влияло ли расстройство обучение на его способность так действовать. На первый взгляд это излишний педантизм, но я наслушался страшилок о коллегах, которых разносили в пух и прах за кафедрой свидетеля за то, что те вышли за рамки профессиональных знаний, даже если юристы неверно формулировали вопрос в своих инструкциях, как и произошло в случае Кая. Чтобы выйти из этого положения, я отдельно проверил, понимает ли Кай, что такое юридический возраст согласия и когда он наступает, и Кай ответил, что в 16 лет. Кроме того, я учел, что у Кая есть сексуальный опыт. У него было несколько разных партнерш, он стал отцом ребенка одной из них и некоторое время прожил с ней. Кроме того, я учел, что, согласно скриншотам переписки в фейсбуке, которую мне прислали, Кай несколько раз прямо говорил, что боится встречаться с Китти, поскольку она слишком молода.

«Нигавари в школе пра нас», – писал он.

«ОК, зай, будешь моим секретиком».

«ИМХО, зря мы. Тебе када 16?»

«15 стукнуло месяц назад».

«Давай чериз год. Пока будим во френдзоне».

«Я хочу прямщаз, зай».

Кошмарная орфография, возможно, могла бы указать на расстройство обучения. Но, возможно, просто старый хрыч вроде меня не в состоянии понять, как переписывается друг с дружкой нынешняя молодежь.

Я взвесил все улики и решил, что когнитивные способности и уровень интеллекта у Кая хоть и снижены, но не настолько, чтобы помешать ему сформировать mens rea. Иначе говоря, расстройство обучения не позволяло ему, вероятно, усваивать сложные понятия (например, мешало распоряжаться финансами), но не было никаких причин предполагать, что он не мог предвидеть и понимать последствия своих действий – он собирался встретиться с несовершеннолетней девушкой с намерениями заняться с ней сексом, а это нарушение закона.