Я даже придумал и записал 20-минутный выпуск о деле Кая для своего YouTube-канала. При моем патологическом неумении обращаться с высокими технологиями это настоящий подвиг. В какой-то момент я случайно стер все готовые записи, чтобы освободить место на жестком диске. На работу у меня ушло часов пять. Однако, когда дошло до того, чтобы вывесить готовый выпуск, я в последний момент передумал и решил этого не делать. Конечно, я позаботился об анонимности обвиняемого и включил кое-какие познавательные сведения (диагностические особенности расстройств обучения, понятие mens rea), но все же у меня было сильное ощущение, что в разделе комментариев на Кая обрушится всесокрушающее цунами злобных обвинений. Некоторые зрители не придадут значения его диагнозу и беззащитности и заклеймят его как хищника-педофила – судя по тому, сколько желчи вылилось на Андреа Йейтс и на героев некоторых других моих выпусков. Безусловно, главными ингредиентами моего канала были просвещение масс, открытый диалог о психической болезни и борьба со стигматизацией, но я был вынужден признать, что щедро приправил их собственным нарциссизмом. Поэтому даже если Кай никогда ни о чем не узнает, я считал, что ставить его в такое положение неуместно и неэтично, поскольку вся слава – или хотя бы ее часть – достанется при этом мне.

По странному стечению обстоятельств, организованному богами ловли на живца, не прошло и месяца после того, как я обследовал Кая, как ко мне в электронную почту прилетело другое похожее дело от той же солиситорской фирмы в Ковентри. Мистер Брэдли Страйкер был выпущен на поруки, ему было предъявлено обвинение в двух случаях попыток вовлечь ребенка в сексуальную коммуникацию и во множестве других правонарушений, связанных с владением непристойными изображениями. По материалам дела, Брэдли попался, когда полицейский под прикрытием вошел в интернет-чат под видом 14-летнего мальчика. Брэдли вступил с ним в личную переписку и сначала сказал, что ему 16, а потом повысил возраст до 19. На самом деле ему было 29, столько же, сколько Каю. После обмена банальными сообщениями о компьютерных играх Брэдли попросил потенциальную жертву (впрочем, нет, живца) прислать ему свои фото в обнаженном виде и предложил заняться друг с другом оральным сексом. Полиция получила ордер и, обыскав дом Брэдли, обнаружила на его жестком диске девять непристойных изображений.

Команда защиты в своем письме с указаниями утверждала, что у Брэдли диагностирован аутизм, хотя, покопавшись, я обнаружил, что это не совсем так: аутизм только подозревали, но не подтвердили. Своим солиситорам Брэдли говорил, что считал, что чат – это просто ролевые игры и что по прошлому опыту пользования подобными чатами он знал, что их участники часто притворяются, будто они моложе, чем на самом деле, вот он и решил, что «мальчик» на самом деле старше и должен понимать, что и сам Брэдли на самом деле старше. Меня спросили, может ли аутизм считаться основанием для защиты на основании психической болезни, а кроме того, не из-за аутизма ли Брэдли стал более склонен к ролевым играм онлайн. По утверждению защиты, Брэдли категорически отрицал, что сам создал непристойные изображения на своем компьютере, и заявил, что жесткий диск у него взят из подержанного ноутбука, который он приобрел много лет назад.