Несмотря на дипломатические усилия Апоэны, чтобы нанести на карты земли шаванте, потребовалось много времени. Создание к северу от них Национального парка коренных народов Шингу (результат усилий сертанистов Орланду и Клаудиу Виллаш-Боаша[181]) показалось солдатам и бизнесменам бразильских метрополий более чем достаточной уступкой.

Ограниченные со всех сторон колонистами и политиками, земли шаванте обрели официальный статус только в конце 1960-х годов — и даже после этого они продолжали уменьшаться в размерах. Усиление контактов с белыми, переживавшими демографический взрыв (из-за иммигрантов из южной Бразилии), выгнало шаванте из деревень в города и религиозные миссии. Вторжения белых в земли индейцев участились, низко летающие самолеты стали обычным явлением, распространились болезни и голод, и популяция шаванте начала сокращаться. Возник реальный риск вымирания племени.

И тогда Апоэна снова проявил свою прозорливость. В качестве стратегии умиротворения, пришедшей ему во сне и одобренной сообществом, Апоэна отправил восемь своих внуков жить в город процветающего агробизнеса Рибейран-Прешу. Индейцев приютили семьи белых, связанные с одним из редких дружелюбных владельцев ферм в этом районе.

Целью Апоэны было позволить детям усвоить обычаи белой культуры и интегрировать в нее традиции шаванте. В то же самое время шаванте закрыли границы своих территорий, чтобы притормозить процесс ассимиляции. Шел 1973 год — разгар жестокой военной диктатуры. Но все сработало.

Закрытие границ позволило внукам Апоэны вырасти ценными членами своего племени; сформировались узы признательности и солидарности, которые с тех пор защищают всех шаванте. Апоэна умер в 1978 году; он до конца верил в свою утопическую миротворческую мечту и гордился ею.

Но неужели все это вождю приснилось? Документальных свидетельств нет, но, пожалуй, это даже и несущественно. Важно знать, видел ли Апоэна во сне необходимые политические шаги, и понимать: история, лежащая в их основе, пересказывалась как сновидение, пока не распространилась по всему сообществу шаванте и далеко за его пределами. То же самое происходит сейчас, когда вы читаете эту книгу.

Через повторение нарратива желание отдельного человека трансформировалось в коллективное стремление к культурному выживанию. Сегодня внуки Апоэны играют критически важную роль в отношениях между шаванте и внешним миром: они фильтруют информацию, защищают права своего народа и сберегают его культурную самобытность.

Новые лидеры получили университетское образование. Аудио- и видеозаписи традиций их предков зачаровывают людей, непринадлежащих к шаванте; молодые и старые сохраняют их культуру с помощью технологий белых. Деревни, снятые на портативные цифровые камеры, превратились в центры распространения культуры шаванте по всей планете.