Чтобы у читателей не создалось обманчивого впечатления, будто после «Трехпозиционки» все должно обязательно закончиться всеобщим счастьем и ликованием, приведем и другие примеры. Во время семинара у мужа-военного на три дня из квартиры исчезла жена – он не мог понять куда. Чтобы ее разыскать, на ноги были подняты все его связи, в том числе и в ФСБ. Офицер честно работал на семинаре все три дня. В день, когда она нашлась (о пропаже жены на семинаре знала только тренер и один его близкий друг), мы как раз проходили «Трехпозиционку». Муж еще не видел свою жену – она сообщила ему по телефону, что «была у подруги». Михаил мужественно вызвался на демонстрацию. Терапевту главное – не впасть в искушение работать по принципу «Ребята, давайте жить дружно!». Чужая семья – потемки. Вряд ли кто-нибудь взял бы на себя смелость утверждать, что, когда жена на три дня неожиданно пропадает из дома, – это «Пустяки, дело житейское!». Но кто может точно сказать, исчезал ли когда-нибудь из дома муж, и если исчезал, то насколько? Поэтому в подобных семейных конфликтах никогда нельзя принимать ничью сторону, если, конечно, ты терапевт, а не друг одного из супругов. Так вот, в результате долгой и тяжелой работы в «Трехпозиционке» данные конкретные супруги спокойно сели на кухне и спокойно начали разговаривать о своих отношениях. Как стало известно позднее, они очень скоро развелись, но прошел этот неприятный процесс развода на редкость тихо, уважительно и без претензий друг к другу.

Часто муж или жена обращаются за психотерапевтической помощью, когда в самом разгаре бракоразводный процесс со всеми «прелестями» (вроде судов по разделу имущества). Ничего, кроме презрения, обиды и ненависти, супруги друг к другу в начале процесса не испытывали. И каждый раз работа кончалась «мирными переговорами», которые автоматически переносились в реальную жизнь. Как потом выяснялось, «вторая половина» тоже странным образом оказывалась настроенной на мирный лад…

И, чтобы не заканчивать примеры на теме разводов, вспомним еще один очень трогательный процесс мамы со своим четырехлетним сыночком Никитой. Никита, по словам мамы Алены, – страшный шкодник. В последнее время он стал шкодить еще больше, не давая Алене спокойно работать над большим, недавно полученным заказом (Алена – дизайнер, работает дома). Алена расставляет привычную мизансцену: она, в Первой позиции, сидит за компьютером, Никита стоит позади нее, затаившись, «наверняка уже опять что-то натворил!». Алена чувствует в Первой позиции напряжение, раздражение, что ей не дают сосредоточиться на работе, отчитывает Никиту через плечо и снова погружается в компьютер. Настоящий инсайт, заставивший Алену горько расплакаться, случился с ней в тот момент, когда она из позиции маленького Никиты увидела маму… но не маму, а мамину спину!.. Понятно, что все изменилось, когда мама развернулась навстречу маленькому сыну, – «подарки» уже были чистой формальностью…