Рис. 6

Бывают Линии, развернутые на прошлое, бывают Линии, в буквальном смысле повернутые на будущее. Существуют и люди, которые больше ориентированы на прошлое, равно как и люди, которые больше ориентированы на будущее. Первые постоянно говорят о прошлом («Да, были люди в наше время…»), будущее для них имеет мало значения. Конечно, в основном это люди старшего поколения, но среди них попадаются и молодые. Так, нам приходилось встречать относительно молодых людей с четкой ориентацией на прошлое, страстно увлеченных историей и литературой: один из них был знатоком времен рыцарства, другой – средневековых монастырей, третья – дама-литературовед, специализировалась на поэзии Серебряного века. Их Линии времени, во-первых, были диссоциированы, а во-вторых, имели четкую ориентацию на прошлое. Будущее было где-то сбоку и даже слегка за спиной, зато прошлое цвело пышным цветом прямо перед глазами.

Иногда бывает, что человек зацикливается на прошлом в связи с какими-либо драматическими событиями своей жизни. Например, женщина, тяжело переживающая развод с любимым мужем, не может думать ни о чем, кроме прошлого, вспоминает, мучительно думает, пытается разобраться, понять, что именно она сделала не так… Как писал Франсуа Вийон, «ищу, грущу и вспоминаю…». Такая же ориентация на прошлое характерна для людей, прошедших войну: «Бойцы вспоминают минувшие дни».

Есть даже выражения в повседневной речи, буквально выражающие субмодальные отклонения в визуальной организации времени: «Она зациклена на прошлом» или «Он куда-то задвинул свое будущее».

Но есть и люди, которые «не оглядываются на свое прошлое»: уже из этого выражения понятно, где у них находится Линия прошлого, – за спиной. В случае «повернутости на будущее» они вечно живут «в ожидании вишен, в ожидании лета», «в ожидании Годо», как герои пьесы Беккета. Или коммунизма – это уже не важно. И даже не важно, для кого они ждут счастливых перемен: для себя или для своих детей. В любом из этих случаев будущее будет прямо перед ними, а прошлое задвинуто «на задворки памяти». Такие люди уж точно никогда не станут «копаться в своем прошлом», но и ошибок будут делать немало, поскольку они не принимают во внимание прошлый опыт.

Отдельно нужно говорить о людях, переживших страшные события, связанные с войной. Часто у них нет будущего, а иногда – ни прошлого, ни будущего.

Автору довелось работать как с травмированным мирным населением непосредственно в зоне боевых действий, так и с российскими военными психологами. Удалось собрать обширный материал по кодировке времени как мирных жителей, так и военных. Такой сбор информации оказался возможен только благодаря тому, что пришлось не только много работать непосредственно с психически травмированными людьми, но и провести большое количество семинаров с группами медиков на местах, а затем – с военными психологами. В принципе, техника «Линия времени» – достаточно длинная, а для военного времени – просто неимоверно громоздкая и крайне редко употребляемая. Действительно, когда приходит человек с тяжелой душевной раной, не станешь же его заставлять думать о том, как он чистил зубы последние десять лет и как собирается их чистить ближайшие пять! Но в условиях семинаров, когда терапия проходит одновременно с обучением, на основе не одной сотни выявленных «Линий» удалось прояснить некоторые закономерности влияния экстремальных ситуаций на восприятие человеком времени. Мы сейчас максимально коротко о них расскажем.