Суду были представлены весомые свидетельства, подтверждающие акты насилия со стороны Джонатана. В 2011 году, после избиения, из-за которого Бранди оказалась на больничной койке, женщине выдали охранный ордер. Она рассказала полиции о том, что муж угрожал убить ее и детей, если она попытается уйти, о многолетних побоях, изоляции и контроле. Женщина сказала, что была обязана разбудить мужа посреди ночи, если хотела пойти в туалет: он считал, что Бранди ему изменяет, и подозрения переросли в паранойю. После получения охранного ордера Бранди с тремя детьми переехала обратно в родительский дом – в Парму, Огайо. Эти шесть месяцев – краткий промежуток, когда Мартине и Бранди удалось пообщаться.

Через некоторое время Джонатан убедил Бранди, что всё изменится. Охранный ордер был отозван. Мартина помнит, как ее мать рыдала, когда Бранди вернулась. «Совсем недавно мы узнали об этих ужасах, о том, что он с ней делал… и мне пришлось объяснять матери, что сестре придется пройти через это еще много раз», – рассказывает Мартина. «Они всегда возвращаются». Латесса знала, что не может заставить сестру уйти от Джонатана. Бранди жила вне юрисдикции Мартины, и значит Латесса не могла по-настоящему обезопасить свою сестру, а в местном полицейском участке не было отдельного подразделения, которое занималось бы случаями домашнего насилия, или даже уполномоченного сотрудника[139] (хотя при суде работал правозащитник). Мартина поговорила с сотрудниками полицейского участка в Уоррене, представилась, рассказала о сестре, о ее истории. Полицейские обещали сделать всё, что могут: почаще наведываться к Бранди, заявлять о своем присутствии. Латесса не слишком доверяла этому обещанию, но знала, что пока сестра сама не решит уйти, помочь ей будет очень сложно. По мнению всех специалистов по домашнему насилию, с которыми я беседовала, самостоятельное решение женщины разорвать отношения – важнейший шаг к освобождению. «В течение нескольких лет после этого мы звонили в полицию, проверяли, – говорит Мартина, – но они задавали Бранди вопросы при муже. И она ничего не говорила».

Это долгосрочное негативное последствие, которое испытывают на себе люди, пережившие длительные издевательства: их мозг начинает мыслить иначе, они сосредоточены исключительно на выживании. Непрекращающиеся сигналы об опасности – реакция мозга на постоянный стресс; растет уровень кортизола, адреналина и других гормонов стресса, и это приводит к появлению огромного количества проблем со здоровьем, как на физическом, так и на психическом уровне. Диссоциация в списке самых распространенных расстройств, но спектр долгосрочных эмоциональных и физических проблем, которым подвержены жертвы хронического домашнего насилия, намного шире. У таких женщин наблюдаются долгосрочные когнитивные расстройства, проблемы с памятью, нарушение сна. Распространены рассеянность и раздражительность. Некоторые исследователи связывают множество физических недугов, включая фибромиалгию и острые проблемы с пищеварением, с застарелыми психическими травмами. Автор книги The Body Keeps the Score Бессел Ван дер Колк пишет: «Самая важная функция сачусетс, где Роберт Вайл работает детективом по домашнему насилию, согласно последним данным переписи населения Соединенных Штатов, проживает менее половины от этого числа граждан – шестнадцать тысяч жителей[140]. мозга – обеспечить выживание человека, даже в самых тяжелых условиях… страх увеличивает потребность в привязанности, даже если источник утешения одновременно оказывается и источником страданий». Ван дер Колк полагает, что хотя посттравматический стресс военных сейчас привлекает больше внимания, жертвы травм, среди которых и домашнее насилие, «вероятно, являются главной угрозой нашему национальному благосостоянию»[141].