По словам Мартины, вызовы, связанные с домашним насилием, не похожи на другие. В любой другой ситуации тебе нужно принять обращение, совершить арест, написать отчет, и, считай, дело в шляпе. «А мы, выезжая на вызов, попадаем в чей-то кошмар, – говорит Латесса, – дела о домашнем насилии отличаются от остальных… их меньше, но они предполагают гораздо большую вовлеченность». Нередко Мартина так часто общается с одной и той же потерпевшей, что они переходят на «ты». Жертвы тяжело переживают инцидент на эмоциональном уровне; кроме того, ситуация часто сопряжена с зависимостями и материальными проблемами; в каждом деле Мартина учитывает все эти факторы, когда консультирует клиентов или беседует с прокурорами. Иногда жертвы сами создают ограничения на пути правосудия. Как-то раз мы с Мартиной приехали на вызов к восемнадцатилетней девушке. В ее случае оценка рисков показала семерку (кливлендская команда подстроила вопросы Кэмпбелл под нужды своей территории, поэтому в их анкете всего одиннадцать вопросов). Не слишком высокий балл, но Мартина знает, как важно вести работу с юными жертвами насилия. Правозащитники давно предупреждают о том, что часто спираль жестокости закручивается, когда жертва еще молода – в подростковые и предподростковые годы. И вот подросток говорит Латессе, что не хочет подавать заявление. Мартина хотела лично поговорить с девушкой, попытать счастья, пусть и не получится ее переубедить. Более того, она не задавалась целью заставить потерпевшую подать на обидчика в суд. Миссия Латессы была куда проще: она хотела, чтобы хотя бы один взрослый рассказал этой девочке, что насилие – не норма.
Девушка всё еще училась в школе и жила с матерью. Брат парня девушки присутствовал при нашем разговоре. Ранее в тот же день девушка оставила Мартине голосовое сообщение, в котором в грубой форме просила Латессу не лезть не в свое дело. Но Мартина всё равно ей перезвонила и сказала, что приедет, даже если девушка не хочет доводить дело до суда.
Вскоре после нашего приезда Латесса говорит девушке: «Если твой парень тебе что-нибудь сделает, это будет мой провал, понимаешь?»
«Ага», – отвечает девочка. У потерпевшей на шее огромная ссадина, и она утверждает, что это последствие школьной драки с другой девчонкой.
«Ты его боишься?» – спрашивает Мартина.
«Да нет, – отвечает девочка, – ну разве, когда мы ссоримся. Но это нормально. С отцом так же было».
Мартина перестает писать, смотрит на девушку: «Это