– Если звезды зажигают – значит это кому-нибудь нужно, – заметил я, присаживаясь на второе кресло.

Если честно, то меня не радовало то, что перед этим его лапали зомби. Ну да, игра, но все равно. Уж больно они мерзкие. Но – вслух такое не скажешь, как-никак они ему в определённом смысле как дети.

– Хорошо сказано. – Барон кинул в рот орешек. – Сам придумал?

– Какой там, – отмахнулся я. – Как обычно – спер. На этот раз – у поэта.

– Поэты – скверный народ. – Сэмади устроился поудобней. – Сварливые, вечно чем-то недовольные, постоянно ноют о том, что при жизни их не понимали, а после смерти забыли. Но иногда выдают очень неплохие мысли, это надо признать. Итак – ты хотел поговорить со мной, а я желал пообщаться с тобой. Кто начнет? По идее – ты позвал меня, а значит, и право говорить первым принадлежит тебе.

– Хорошо, – легко согласился я. – Почему нет? Вообще-то я позвал тебя затем, чтобы отдать долг.

– Да? – удивился Барон. – Ты вот-вот призовешь богов? Так быстро? Странно, я ничего такого не ощущаю. Нет, гроза близится, причем – не одна, боги будут только частью того шторма, который вот-вот накроет эти земли, но все это случится не нынешней ночью, и не завтрашней.

– Нет-нет, – замахал руками я. – Речь о другом. Помнишь, я обещал тебя познакомить с тем, кто втравил меня в поход за Врата Забвения? Ну, когда ты мне еще финик дал?

– Было такое, – потер лоб Барон.

– Так вот – с ним уже не познакомлю, – вздохнул я. – Он уже того… И даже не скажу, где его могила.

– Плохо, – немного равнодушно сказал Сэмади. – Но это я переживу.

Хороший каламбур.

– Но зато на белый свет вылез другой красавец, как раз тот, кого я из-за Врат вытащить должен был, – я поерзал на кресле. – Вылез – и очень мне мешает.

– Бывшие покойники, если они не безмозглые зомби – вообще очень трудная публика, – согласился со мной мой собеседник. – А если они при жизни еще и с магией дело имели – так это вовсе беда.

– Барон, я прошу тебя – помоги мне, – перешел я к делу. – Сделай так, чтобы мертвец стал совсем мертвецом. Это сильный маг, и я уверен в том, что он поддерживает сейчас тех, кто является моими врагами. На носу большая битва, от ее результата зависит мое будущее. Если в дело пойдет только сталь – мы победим, но если этот человек… Этот неугомонный покойник пустит в ход магию – то я не поручусь за исход дела. Я сам с ним не справлюсь, но ты – сможешь. Тем более, что этот человек – он твой. Он пришел из мира мертвых, а значит, он проходит по твоему ведомству.

– Ты, надо думать, говоришь сейчас о годи Оэсе? – лениво уточнил Сэмади. – Да, это сильный маг. Хотя слово «маг» к нему применимо весьма условно. «Годи» – это одновременно и больше чем просто маг, и меньше.