— Да? — опять немного изумив собеседника, как бы «в пустоту» ответил я.

— Слушай, потрясающая наглость, однако. Представь себе, купленный у Кожевенника пергамент выдавался за привезенный издалека, с соответствующей закупочной ценой, завышенной раза в три. Таким образом. Поданная для обложения налогом сумма прибыли, была занижена. Иди сейчас в Гильдию, потому как Владелец Замка именно ты, и я не могу выдвинуть претензию в адрес ее нечистого на руку члена.

— А у члена бывают руки? — попробовал пошутить я.

— Фу, сына… Я, конечно, понимаю, что ты уже почти взрослый и все такое, но оставь, пожалуйста, подобные шутки своим друзьям, хорошо?

По-моему, мои щеки сейчас загорятся самым натуральным огнем…

Я успокаиваю Кожевенника, пообещав ему, что закупка вновь будет производиться у него, и что цены вернуться к прежнему значению, после чего быстрым шагом (бегущим Правитель — повод для тревоги!) направляюсь в сторону здания Торговой Гильдии.

— Доброго здоровья, уважаемые! — здороваюсь я, едва перешагиваю порог Гильдии. — У меня к вам есть дело.

Ни мое присутствие, ни мое пожелание здоровья не произвели того эффекта, как упоминание о деле.

Почти все, присутствовавшие члены Гильдии развернулись ко мне и изобразили самое живое участие и интерес.

— Мы все внимательно слушаем Вас, Князь Витя.

— Скажите… — я задумался. Как корректно описать проблему так, чтобы не вызвать, с одной стороны, их подозрений, а с другой стороны, вынудить их самих принять как можно более жесткое решение по моей ситуации? — Как следует поступать с подчиненными, которые умышленно завышают мои расходы, чтобы набить свой карман? И как следует поступить с тем, кто не является моим слугой, но помогает им, моим служащим, обкрадывать меня?

Почти все вернулись к прерванным делам, лишь один старичок, кряхтя, встал со своего табурета и направился ко мне.

— Что-то подсказывает мне, светлый Княже, что не будь это «дело» связано с одним из наших, не обратился бы ты к нам. Излагай жалобу свою.

Я кратко, но добросовестно рассказываю всю историю с Кожевенником, делая особый упор на упущенной личной выгоде, связанной с недоимкой налогов.

Старик некоторое время жует губами, возведя глаза к потолку, словно, то ли готовя ответную речь, то ли, подсчитывая, сколько с меня можно запросить.

Наконец он обращает на меня свой взор и произносит.

— Гильдия может забрать своего члена назад, запретив ему появляться на территории твоего Замка, что обойдется тебе, Княже, в сто золотых монет. Либо, мы можем примерно наказать наглеца, позволившего себе обманывать высокоуважаемого Повелителя. Это обойдется в три сотни монет за порку, и по сотне за каждый день стояния у позорного столба на протяжении недели. Наконец, за полторы тысячи золотых мы готовы казнить негодяя в присутствии народа в указанном тобою, Князь, месте.