– Пора, – прошептал секретарь. Нижняя губа Марины задрожала, и она с трудом отвернулась от Димы. Она посмотрела на Тома, что держал в правой руке ошейник и наручники, на Кристину, что пронзала своим полным ненависти взглядом, и агентов, что были готовы в любой момент застрелить ее.

Марина расцепила пальцы и обреченно встала со стула.

Вдруг холодная ладонь схватила ее запястье. Адреналин бросился в кровь, и она обернулась. Рука Димы схватила ее ладонь.

Глаза его задрожали.

– Он очнулся! – ошарашено воскликнула Марина.

Все закрутилось. Подбежал доктор и, проверив зрачки, вытащил трубку из горла. Дима закашлялся. Он до сих пор крепко сжимал руку Марины.

Доктор и медсестры мельтешили. Агенты и Том выстроились у окна. Кристина подошла к Марине и, схватив руки Димы и Марины, попыталась их расцепить, но Дима только сильнее сжал запястье девушки. Было больно, но Марина была счастлива.

– Марина, – прохрипел он.

– Я здесь. Все хорошо. Со мной все в порядке, – сдавленно прошептала она.

Дима все еще полностью не пришел в сознание, то и дело закрывал глаза и проваливался в темноту, но пальцы так и не разжимал.

– Ева, – прошептал он тихо.

Лицо Марины окаменело, но она переборола проснувшуюся вдруг ревность.

Спустя несколько минут Дима вновь открыл глаза, посмотрел на девушку слегка затуманенным взглядом и повторил:

– Марина…

Она расплакалась и поцеловала его руки.

– Спасибо, что ты остался жив и спас меня!

– Иди ко мне, – прошептал он и притянул ее. Марина, наплевав на десятки чужих глаз, забралась на койку и положила голову ему на грудь. И сразу стало так спокойно. Его рука прижала ее к себе, и Марина, наконец, почувствовала себя дома. Вот ее место. Рядом с ним. Только с ним она была по-настоящему счастлива.

Она и не заметила, как забылась сном.

Агенты растеряно убрали пистолеты, а Том подобрался к Марине. Дима устало прикрыл глаза, даже не заметив остальных.

Подняв спутанные, требующие расчески волосы, Том защелкнул на тонкой шее Марины ошейник. Кристина высокомерно задрала нос и удалилась из палаты.