Когда они прошли мимо первых металлических дверей, на них тут же обрушилось рычание демона. Леа обеспокоенно заметила, что рычание звучало более неприкрыто. Может быть, все дело было в присутствии Адама или в предстоящей опасности обрушения стен пещеры. Кроме того, в нем появились агрессивные нотки, которых она раньше не замечала. Одержимые демоном пленники совершенно вышли из-под контроля. Больше не было заманивания, не было игры. Только освобожденное, взрывоподобное, неприкрытое желание отпраздновать кровавое веселье.

Взгляд Леа то и дело возвращался к лицу Адама, снова превратившемуся в неприступную маску. Но в его глазах она видела только замешательство и неуверенность. И это странным образом беспокоило ее.

Когда они очутились в коридоре, оканчивавшемся камерой Этьена Каррьера, рев демона снова утих, но напряжение не спадало. Адам остановился возле металлической двери и принялся ее внимательно изучать.

— Введи код, — потребовал он от Майберга, стоявшего рядом с ним.

— Не могу. — В голосе Майберга послышалась смесь страха и злорадства. — Этот экземпляр принадлежит Адальберту, и только ему одному. Он хранит его как зеницу ока. Он ни за что не допустил бы, чтобы я хоть одним глазком взглянул на его драгоценного Этьена.

Майберг истерически расхохотался, да так, что у Леа заболели уши. Похоже, Адам испытывал сходные ощущения и грубо схватил его за плечо.

— И ты вспомнил об этом только сейчас, когда мы очутились в этом чертовом тупике? — зарычал Адам на причитавшего человека.

— Здесь же должно быть что-то вроде контрольной рубки, — принялась рассуждать вслух Леа. — Когда я была там в гостях, Адальберт наблюдал за происходящим при помощи камеры. Должна же она где-то находиться.

— Да, у него в мобильном, — ответил Майберг. Впрочем, все его злорадство при виде ярости Адама улетучилось. — Можно видеть происходящее во всех камерах на мониторах, но они стоят в личных комнатах Коллекционера, которые находятся по другую сторону кабинета.

— Великолепно, — застонал Адам. Он уперся вытянутыми руками в двери и обреченно повесил голову.

Мягкое сотрясение пола заставило Леа вздрогнуть.

— Мы не можем сидеть здесь и надеяться, что дверь откроется сама по себе. Давай испробуем несколько цифровых комбинаций… Адальберт помешан на Этьене. Какие цифры приходят тебе на ум в связи с Этьеном?

— Этьен и цифры? Вообще ничего не приходит на ум. Этот человек целиком состоит из букв, точно так же, как и как ты. — Руки Адама подломились, и он несколько раз ударился головой о металлическую дверь. Майберг не сводил с него восхищенного взгляда.