— Это не очень-то похоже на город.

— Он граничит с парком. — Ной повернулся ко мне. — Ты не останешься здесь, даже если я попрошу.

Это было утверждение, а не вопрос, но я все равно ответила:

— Не останусь.

— Даже если это чертовски, дьявольски рискованно.

— Даже тогда.

— Даже если мы оба можем не…

Ной не договорил фразу, но глаза его договорили. Оба мы можем не выжить, сказали они мне.

Какой-то ночной кошмар. Я ощутила в глотке желчь.

— Не останусь.

— А если я… не смогу, — сказал Ной. — Делай все, что можешь, чтобы разбудить Джозефа. Вот. — Он сунул руку в карман. — Возьми мой ключ. Введи свой адрес в GPS. Просто веди машину и не останавливайся, хорошо? Потом позвони в полицию.

Я взяла кольцо с ключом и сунула в карман.

— Ты меня пугаешь, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Знаю.

Ной сделал движение, чтобы вылезти из машины, и я последовала его примеру. Он меня остановил.

В ноздри мои забился запах гниющей зелени.

Ной уже стоял перед морем травы, вытаскивая фонарик. Я заметила, что его ссадины еще не исчезли. Они поджили, но из-за синяка одна его щека казалась запавшей.

Я задрожала. Я была в ужасе. Из-за топи. Из-за того, что Джозеф и вправду мог быть в ней. Из-за того, что мы можем его не найти. Из-за того, что он исчез, пропал, оставив меня в покое, как я и хотела, и я никогда его не верну.

Ной как будто почувствовал мое отчаяние и взял мое лицо в ладони.

— Не думаю, что что-нибудь случится. И нам не придется идти далеко, может, с полкилометра. Но помни… Ключ, GPS. Езжай на шоссе и не останавливайся, пока не увидишь поворота к своему дому.