– Тогда так и поступим.

– Яго, ты такой хороший! – воскликнула Морвен. – Ты мне как… как отец!

Это выглядело так, будто она заключила его в объятия или поцеловала в щеку. Несмотря на слабый свет, Морвен заметила, как вспыхнули его щеки. Яго приоткрыл рот, словно собираясь ответить, но только покачал головой и отвернулся. И вдруг она поняла…

– Яго?

Он был уже у дверного проема. Его шаги замедлились, но потом снова стали размеренными. Он вышел. Морвен услышала стук копыт Инира по камням террасы, затем более мягкое постукивание по покрытому травой внутреннему дворику. Яго вернулся в башню.

– Это довольно тяжело, – начал он, – но надо завернуть… завернуть тело… чтобы Инир увез его.

– Яго! – Морвен подошла, схватила его за руку и не отпускала, пока он не взглянул ей в глаза. – Это ведь ты, правда? – прошептала она. – Это не папа́, а ты.

– Мисс Морвен, я не могу… я не хочу…

– Я была бы рада этому.

Морвен сжала руку Яго, желая, чтобы он подтвердил то, что говорил ей ее дар. Сколько она себя помнила, он никогда не называл ее именем, данным при крещении, всегда обращался к ней «мисс Морвен».

Но теперь она знала… Хотя и не до конца понимала, как такое могло быть.

– Ты любил ее? – спросила она. – Она любила тебя?

– Я не могу говорить об этом, – ответил он и отвел ее руки, но сделал это мягко. – Она отошлет меня прочь.

– Я все равно уезжаю, – сказала Морвен. – Я должна уехать. Меня хотят выдать за того… того старика, отца Давида. Я не согласна!

– Но ваша мать знает, где вы находитесь, и пришлет за вами.

Эти слова заставили Морвен вздрогнуть. Она поглубже закуталась в пальто и сказала:

– Я не могу оставить бабушку здесь.

– Тогда нам следует поторопиться.

И все-таки Яго не признался, отец ли он Морвен, равно как и не ответил на другие ее вопросы. Вдвоем они бережно завернули Урсулу в ее одеяла и вынесли во двор. Инир поначалу отпрянул, но Морвен прижалась губами к его уху и прошептала:

– Пожалуйста, сделай это ради меня! Это ненадолго.