–
– За то, чтобы всегда держаться вместе, несмотря ни на что, – добавил Мэтью, поднял свой бокал, и когда все засмеялись и принялись весело переговариваться, Корделия почувствовала, что железный обруч, сжимавший ее сердце, перестал давить – совсем немного.
22. Падение
22. Падение
Корделии никогда в жизни не приходилось присутствовать на собрании Анклава. Во-первых, жизнь ее семьи проходила в постоянных переездах, а во-вторых, она была несовершеннолетней. К счастью, на сегодня власти сделали исключение для детей и молодежи, поскольку в последних событиях участвовали Сумеречные охотники моложе восемнадцати лет. Друзья, естественно, не собирались упускать такую редкостную возможность; Люси даже прихватила письменные принадлежности на случай, если ее внезапно посетит вдохновение.
Собрание было решено проводить в Святилище. В зале установили кафедру, принесли множество стульев; в нишах расставили позолоченные статуи Разиэля, а на стенах Тесса велела развесить гобелены с изображениями гербов всех лондонских семей Сумеречных охотников. Помещение было забито до отказа: все стулья были заняты, многие люди стояли. Джеймс и Кристофер сидели в переднем ряду. Корделия приехала с семьей, но оставила Алистера и Сону и заняла место рядом с Люси и Мэтью.
На кафедру поднялся необыкновенно элегантный Уилл Эрондейл: сегодня на нем был серый пиджак, жилет и брюки в мелкую полоску. Он о чем-то добродушно спорил с Габриэлем Лайтвудом, а Тесса смотрела на них с улыбкой. Неподалеку сидел Инквизитор Бриджсток, как обычно, хмурый и недовольный чем-то.
Люси сразу же нашла в толпе тех, кто вернулся из Безмолвного города после выздоровления от тяжелой болезни. Ариадна Бриджсток была спокойна и, как всегда, неотразима в темно-фиолетовом платье, с лентой такого же цвета в черных волосах. Корделия невольно вспомнила, как тогда, в лазарете, Анна тянулась к руке больной девушки, неподвижной, словно покойница, вспомнила белое лицо Ариадны, опухшие веки и черные вены.
Розамунда Уэнтворт тоже присутствовала. Анна и Сесили Лайтвуд играли с маленьким Александром у бортика неработающего каменного фонтана. Александр подбрасывал в воздух какой-то блестящий и, судя по всему, хрупкий предмет.
Софи Лайтвуд и ее супруг Гидеон, которые только что вернулись из Идриса, улыбались Сесили и маленькому Алексу, но улыбка Софи была безрадостной. Рядом с ними сидели Томас и его сестра Евгения. Евгения показалась Корделии уменьшенной копией Барбары: это была худая молодая женщина невысокого роста, с острыми скулами, впалыми щеками и угловатой фигурой; темные волосы были собраны в высокую пышную прическу в стиле «девушки Гибсона»[60].