– Проговорился?! – засмеялась сквозь слезы баронесса, злобно посверкивая глазами. – Ты считаешь, что от моего отца так просто уйти? Он влиятельнейшее лицо во всей Франции! Он почти наследный принц! И от него-то ты думал сбежать? Не получится. Он объявит тебя вне закона, и ты окажешься у него мгновенно, глазом моргнуть не успеешь: поймают и приведут к нему, где бы ты не находился!

– Что, так прямо и приведут? – переспросил молодой человек.

– Точно, не сомневайся.

– А как же люди узнают, что я – это я?

– Ты безнадежно глуп! На всех заставах будут поджидать человека с твоими приметами.

– Какими приметами? – засмеялся Анри.

– Приметы – это описание твоей внешности и возраста, имени и особенностей.

– Особенностей?

– Ну, пятна, клейма, шрамы.

– Какие пятна? Интересно было бы послушать, как бы это звучало.

– А ты сбеги, и когда тебя поймают, ты всё услышишь собственными ушами. Так ловят всех разбойников и воров.

– И я, значит, тоже разбойник и вор? – уточнил юноша.

– Ты хуже. Ты – неблагодарный слуга!

– Госпожа баронесса, – неожиданным капризным голосом сказал молодой человек. – Отпустите меня по-хорошему, куда-нибудь, только подальше от вашей милости. Мне надоело здесь, я соскучился по театру, по зрителям.

– Запел соловей! – усмехнулась Генриетта. – Наконец-то ты сам себя разоблачаешь! Вот появляются одна за другой твои тайные мысли! Я подозревала, что они у тебя есть!

– Я очень вас прошу, не держите меня!

– Познал волю?

– Неволю познал, хочу на свободу!

– Ничего не получится, мой дорогой, – заявила баронесса. – Ты что, желаешь покинуть меня в такой тяжелый для меня момент? Решается моя участь, моя дальнейшая судьба! У меня, может быть, осталось несколько дней…

– Несколько дней до чего?