Баронесса де Жанлис».

Она перечитала письмо и осталась им довольна. Сколько было в нем любви, такта и женской обольстительности! Генриетта решила, что граф не сможет не поддаться ее волшебным чарам, поэтому он должен, он обязан уступить!

Неуправляемое воображение уже рисовало диковинные картины отречения графа от их помолвки… Вот, вот он: стоит перед господином де Лонгвилем, большой, грузный, похожий на винную бочку, и виновато оправдывает свой отказ. Отказ от обязательств десятилетней давности! Конечно, герцог взбешен, он требует объяснений. «Объяснение только одно! – отвечает до Лозен. – У нас с баронессой нет главного, без чего немыслимы браки». «Чего у вас с баронессой нет?!» – кричит отец. «Любви, господин герцог! – с трепетом произносит граф. – Мы с вами заключили сделку, когда госпожа де Жанлис была совсем юной особой, мы не посчитались тогда с ее мнением, а ведь оно решает всё». «Это смешно! Кому интересно ее мнение!» – со смехом бросает герцог. «Да, это могло бы показаться смешным, но почему-то сейчас нам не весело! – и крупная слеза катится по огрубевшей изборожденной морщинами щеке старого графа. – Баронесса выросла в прекрасную женщину, которая составила бы счастье любому достойному мужчине». «Вы себя недооцениваете, граф! – вскричит де Лонгвиль. – Нет жениха для моей дочери достойнее вас, мой дорогой до Лозен!» «О, нет! – ответит благородный граф. – Я вижу, что старость не может составить пару молодости! Это будет несчастливый брак двух непонимающих друг друга людей. Я пожил на свете, повидал мир, схоронил много жен…»

Генриетта задумалась. А и вправду, скольким женщинам испортил жизнь ее женишок? Кровожадный паук, теперь расставивший свои липкие сети на нее! Нет, уж на этот раз у него не получится!

«Вы наговариваете на себя! – воскликнет герцог. – Я люблю вас, дорогой граф!» «Но меня не любит ваша дочь!» «Полюбит! Такого человека невозможно не полюбить!»

«Как бы не так!» – подумала Генриетта.

«О, дорогой господин де Лонгвиль! – скажет до Лозен. – Даже из благоговения перед вами, не просите, я не могу согласиться на ужасный насильственный брак с вашей прекрасной дочерью!» И он, конечно же, уйдет, не оглядываясь! И больше герцог о нем не услышит, сидя за толстыми стенами своего родового замка.

– И всё будет прекрасно! – подвела итог баронесса.

– Вы звали меня? – заглянул в комнату Анри.

– Нет, не звала, но всё равно проходи. – Генриетта на миг задумалась, но затем решительным жестом взяла в руки письмо. – Я хочу прочесть тебе текст моего послания к графу.