Давайте Вашу сыворотку, господин, магистериус…

Мы аккуратно влили в рот Ави небольшое количество вещества из зелёной бутылочки, что достал лекарь королевы.

Сейчас воздействие начнётся. К утру она должна прийти в себя. И ещё: у королевы редкая коллекция оранжерейных растений, привезённых из дальних стран. Можете обратиться к садовнику. Тот наверняка разбирается и в насекомых, что могут там водиться. Но только с разрешения королевы!

Благодарю Вас за помощь, господин магистериус, до свидания — с садовником, конечно же, можно было поговорить. Но чувство облегчения затопило меня. Ави поправится, непременно! А месть… Так ли виноваты эти молодые хлыщи, или произошёл всего лишь несчастный случай? Но думать пока об этом не хотелось. Всё завтра…

Я села в кресло рядом с лежащей на кровати дочерью, вытянула ноги и быстро уснула. Даже не слышала, как Лидэ провожала магистериуса.

Утром Авидея так и не пришла в себя. Я не знала, что делать!

“Господин Декстер Винн! Прошу Вас, попросите разрешение у королевы для моей встречи с её садовником! Рокайо Ганн”, - такую записку я передала госпоже Нобиус ещё до завтрака. Вторая записка ушла со стражем господину магистериусу.

Вскоре тот прибыл к нам, но его слова довели меня до слёз:

Я не знаю, чем Вам ещё помочь, госпожа Ганн! Если универсальное противоядие не сработало, то нужно что-то конкретное! То, что поможет именно против этого вещества! Но мы же не знаем, что попало в организм девочки. Укус ли это был, или пыльца с цветка… Здесь будет тяжело определить.

А жрецы Ады? Есть ли среди них кто-либо с таким даром, что мог бы увидеть это?

Я не знаю, госпожа Ганн… Жрецы тщательно скрывают свои умения, и пользуются ими в своих интересах. Помогут ли они? Я не знаю.

И тогда я написала ещё одну записку королеве, с просьбой ускорить мою встречу со жрецами Великой.

Рокайо, здравствуй! — перед обедом явился сам начальник охраны королевы. — Как ты?

Благодарю Вас, господин Декстер, более-менее… — я не горела желанием с ним любезничать, но пока мы живём во дворце, то я зависела от него. И вчерашний вечер это показал. Ещё меня посетила глупая обида на то, что мужчина, который мне начал нравиться, сделал свой выбор не в мою пользу. Он кинулся защищать не мои интересы, а интересы своей службы. Я понимала, что эта моя обида нелогична, но ничего с собой не могла поделать. Декстер Винн вчера увидел меня в первый раз, а на службе у королевы он много лет. И служба была ему дороже, чем я… А мне, если хотелось, то найти такого мужчину себе, чтобы никто и ничто, ни служба, ни другие женщины не были для него важнее меня! “Я просто много хочу, — подумала я, — но на другое не согласна!” Мне сразу вспомнился мой Тибольд. Он никогда не менял меня на свою работу! Если обстоятельства складывались так, что нужно было выбирать между временем, проведённым со мной, и новым походом в горы, он всегда выбирал семью. Разумом я понимала, что второго такого мужчину мне не встретить, но глупое сердце отказывалось соглашаться на меньшее. То доверие, которое изначально мне внушил Декстер Винн, быстро окончилось после сделанного им выбора не в мою пользу. Мои слова были любезными, но тон — холодным. Мужчина это понял.