«Помни: если окажешься в своей грёзе — борись изо всех сил. Не принимай дары, отвергай их, ненавидь. Воспротивься ненастоящему и покуда ты жив — сможешь отказать и вырваться. Это твоё испытание на принятие действительности. Отказ от иллюзий», — шептал на прощание Ктуул.

Открыв глаза, Ник улыбнулся.

* * *

Утреннее солнце окрашивало спальню в яркие жёлтые тона. Под потолком в свете от открытых окон летала маленькая голубая бабочка с чёрным кантом на крылышках. Безмятежный полёт прервался, когда она спустилась вниз, уместившись на белой лилии в пузатой вазе. От её веса наклонился стебель и на пол упало несколько лепестков.

Заворожённый её полётом, Ник не сразу заметил отражение в зеркале. Лицо, не обезображенное шрамами, обнажённая грудь без следов когтей дракола, чистые руки и здоровое тело. Рядом лежала очаровательная девушка с отсвечивающей ржавым золотом шевелюрой. Он видел только макушку, торчащую над подушками, обрамлённую вьющимися волосами. Чуть скосив взгляд, дотронулся до мягкой спинки, которая тотчас вздрогнула, особенно когда он опустил руку ниже и пощекотал рёбра.

Над комнатой пронёсся заливистый смех, а потом она пихнула его в бок, переворачиваясь и оказываясь сверху. Роскошные кудри свисали вниз, пряча лицо, и только винные глаза, полные женского лукавства, смотрели на него, когда она наклонилась ближе и поцеловала его нижнюю губу, чуть потянув на себя.

Ему не хотелось прекращать поцелуй, но вот она ойкает совсем как девчонка, прижимая руки к расстегнувшемуся ночному платью, сквозь которое проступили мокрые следы на набухшей груди.

— Пора его кормить, — шепчет Селеста, целуя Ника и спрыгивая с постели. Она устремляется к дальнему окну, где в высокой колыбельке под дымчатым пологом сладко спал младенец. Их сын.

Никлос потягивается, запрокидывая назад руки и широко открывая рот. Это жена настояла, что ребёнок будет спать с ними, а не с няньками. И кормить будет тоже сама, не надо искать кормилицу. Селеста ни с кем не хотела делиться материнством. Только сестру допускала до сынишки Миши, когда та наведывалась из поместья в город.

Вот уже десять лет Никлос никак не мог налюбоваться ею. С той самой ночи, когда любопытство погнало его в парк и он нашёл напуганную девицу накануне Равновесия невест. Тогда они проговорили до рассвета. На следующий же день после официального представления к её матери послали сватов, даже не дожидаясь официальной трансформации дочери. Никлос сразу понял — она та самая.

Последующие события только подтвердили это истину. Белые крылья, предательство старой аристократии, договор с подводниками, помощь их королю… многое, что приключилось за эти годы. Был даже период, когда они вместе покинули королевство и отправились путешествовать по миру, оставив власть на лучших друзей короля — Артана Гадельера и Акроша Адегельского, защитников столицы и маршалов короля.