Светлый фон

Совсем ты, Воронова, поплыла…

— Ты хорошо меня изучил, да? — фыркнула.

— Да. И даже знаю, что ты ненавидишь овсянку, — кивнул он.

— Откуда? — нахмурилась, копаясь в памяти и стараясь понять, действительно откуда.

— Командировка в апреле, помнишь? — довольно протянул он, очень лениво протянул, и мурашки расползлись по моим обнаженным рукам. Я кивнула, потому что поездка и правда была.

Мы тогда гоняли в Италию. Я, Игорь, Сашка и Стас на выставку виара, сейчас уже толком и не помню, что там было, кроме бесконечных контрактов.

— Савельев тебя все овсянкой накормить пытался, а ты брыкалась. Зато творог ела и круассаны с вишневым джемом, — в голосе Ястреба слышалась улыбка. Улыбка, которая что-то дергала и натягивала внутри меня, отдавалась теплым и мягким. — Откуда такая любовь к круассанам?

— В Париже пристрастилась, во время учебы, — пробормотала.

А Ястреб кивнул, потерся подбородком о мою щеку. Гладким подбородком.

— Ты побрился? — нахмурилась, разворачиваясь в его руках.

— Да. Не нравится? — удивленно вскинул брови.

— Нет. Мне нравится, когда у тебя щетина, — я провела пальцами вдоль скулы. И Игорь вдруг перехватил мою руку, прижался губами к ладони. Горячими очень. И я ухнула в патоку еще глубже. В башке пустота и ветер, почти перекати поле с койотами.

— Хорошо, — кивнул, подталкивая к столу. — Значит, буду ходить заросшим, — и сел напротив. — Успела посмотреть план на сегодня?

— Нет еще, — отрицательно покачала головой, подтягивая к себе тарелку с творогом. Оказывается, я ужасно проголодалась. Казалось, что готова была сожрать слона и бегемотом закусить.

— Половина наших еще отсыпается, — улыбнулся Игорь уголком губ, набрасываясь на омлет. — Борисыч, видимо, понял, что погорячился, и тайминги сдвинули. Ты верхом ездить умеешь?

Моя чашка с кофе со стуком опустилась на стол. Я смотрела на него несколько секунд, пока до меня доходил смысл вопроса и то, что за ним скрывалось.

— Ты шутишь?

Ястреб тоже отложил приборы, сцепляя руки в замок и устраивая на них подбородок. Почему-то глаза опять стали невозможно темными.

— Нет, Борисыч устраивает конную прогулку по окрестностям.

Я пискнула и даже на месте подскочила. Потому что верхом ездить умела и безумно любила. И…