– Что, вам так жалко поделиться ванной, что вы готовы на дополнительные занятия?

Санаду усмехается:

– Ну что вы, дорогая Клео, моя ванна всегда к вашим услугам.

Интересно, это оговорка, или он специально меня провоцирует?

Я расплываюсь в очередной улыбке во все зубы.

– Что, – усмехается Санаду, – мне вылезать, чтобы освободить территорию для одной скромной студентки?

Кокетливо хлопаю ресницами, хотя, подозреваю, с моей плотоядной улыбкой это выглядит недостаточно мило, скорее карикатурно.

– Ну что вы, можете ещё полежать… – я делаю паузу и по глазам Санаду видя, что его позабавит логичное продолжение штуки, продолжаю: – ещё минут пятнадцать.

– Ты же не наглая, – Санаду вновь усмехается. От него движения пена вздрагивает.

– Ни капельки, – улыбаюсь я.

– Ладно, – тянет Санаду и показательно вздыхает. – Будет тебе ванна через двадцать минут. Но в обмен на чашку вкусного кофе. Со сливками. Без сахара.

– А если кофе получится так себе, вы снова в ванну залезете?

– Оккупирую её до вечера, чтобы показать свой страшный-ужасный характер.

– А у вас разве страшный-ужасный характер? – задираю бровь я.

– Поверь, – Санаду, зарываясь в пену, чуть подаётся вперёд. – Если провести анонимный опрос студентов Академии, то вариант «страшный-ужасный» выиграет у «замечательного-юморного» с большим, очень большим отрывом.

– Думаю, вы льстите страшной-ужасной стороне своего характера.

– Нет, просто я проводил такой опрос, – гордо сообщает Санаду. – А сейчас идите сделайте мне кофе, моя дорогая уже в буквальном смысле студентка.

– Что, настолько дорого вам обходятся мои секретарские обязанности?

– Вы первая, кому удалось отжать мою ванну.

Окидываю взглядом полюбившийся шедевр: