— Но я хочу, чтобы ты знала! Что я…

— А если я не хочу знать? Если мне это не нужно? Что тогда?

— Эмми…

— Спокойной ночи.

— … спокойной…

Теперь он кажется смотрел в потолок. Хорошо, что больше не на неё. Эммили крепко зажмурилась и попыталась расслабиться. За последние дни столько всего произошло, её даже тошнило от переутомления. А сколько ещё нужно сделать… Это у короля единственное занятие — доказывать что-то ей, а вот у неё и Арселя голова забита ещё и управлением страной.

Даже на собственную, пусть и фиктивную, свадьбу она пришла прямо с военного совета. А завтра будет ещё один, потом ещё. К тому же, с момента, когда приключилось несчастье с Аманом, он сказал, что боится обращаться. Нужно что-то сделать и с этим. Хотя сыну стало гораздо лучше, но теперь почему-то его пугал оборот. Нужно бы поговорить об этом с … его отцом, который лежит за её спиной. Вот только общаться с ним она предпочитала при свете дня.

Отметив краем сознания, что чувствует себя почти как всегда, если не учитывать сильную усталость, Эммили провалилась в сон. Поэтому не слышала, что король продолжил что-то шептать, сбиваясь и начиная заново, обращаясь к ней…

Глава 82

Глава 82

Азар

Его трясло от невыносимого жара внутри. Не мог себе места найти. Горячая голова болела и будто плавилась. Было больно. Очень. Он не сразу понял, что это Великий исполнил и второе его желание, но уже заранее знал, что только она в силах унять его страдания.

Сначала одними губами шептал её имя так тихо, что расслышать было невозможно. Но сама мысль, что он может сейчас позвать её и она рядом, давала силы терпеть дальше. Хотя это было сложно.

Потом в бреду звал её чуть громче, просил помочь, забывая, что не должен. Что ужасно виноват перед ней и не смеет просить о чём-то. Как путник в жаркой пустыне всем своим существом тянулся к водоёму, так и он сейчас жаждал её... Её запаха. Её прикосновений. Ласковых слов, а лучше — его имя, сказанное её голосом...

Он метался, на грани слышимости повторяя одно и то же. Дракон тоже мучился внутри, и просил его позволить обернуться, ведь у него было больше шансов получить её сочувствие. Которое теперь было им просто необходимо.

Но Азар стискивал кулаки и зубы, заставляя себя замолчать и не будить её. Потом срывался. И заставлял снова. Если бы ей было плохо, он, конечно, обнял бы её, держал в своих руках, гладил, целовал бы её волосы, шептал всякие нежности, успокаивая... Но она не станет. А может и вовсе прогонит его. Он не заслужил того, чтобы она сделала для него хоть что-то. И раз с неё всё хорошо, раз он ей не нужен, то вполне логично избавиться от него. Оставить страдать в одиночестве... Как он её когда-то…