Дайгас, затачивающий мотыгу, обернулся ему навстречу, ничего не спросил, не поинтересовался, сам всё понимал. При виде марага, спокойно вернувшегося к отливке, озадаченно хмыкнул.

Да, парень этот не только молчалив, но и скрытен. Завтра поведёт врага в родное селение, а на лице — ничего! Ни страха, ни озабоченности, ни тоски.

— Отец сказал, что в жертву решено принести твоих друзей? — спросил Дайгас, наблюдая за лицом марага. Тот не сразу перевёл на него глаза, сказал:

— Они не друзья мне вовсе! — А потом, чуть помолчав, добавил уже не так громко:- Мне Гурий-конюх сказал… Я видел его только что на кухне…

Дайгас на это подбородком повёл, будто сказать хотел: «Понятно!», но вслух ничего не сказал, и ещё меньше понял. В одном ещё больше убедился: мараг этот — тот ещё молчун. Так чужой и остался.

* * *

Этот Айгамат настолько удивительный человек. Вот именно — человек! Общаясь с ним, забываешь, что он варвар. Он очень много знает, этот старик, много такого, чего учёные люди, учившие тебя в детстве, не знали и знать не могли. Он умеет лечить руками, снимать любую боль, он видит прошлое в жизни людей, но не использует эти знания во вред.

На сегодняшнем осмотре он сказал странную фразу:

— Я хотел бы видеть тебя и завтра, и послезавтра тоже. Твоё лечение ещё не окончено… Хотя опухоль уменьшилась очень сильно, можно жить и так… вместе с ней… Если беречься, быть осторожным, не ударяться головой, и чтоб никто другой не бил больше…

Говоря эти слова Айгамат осторожно, подушечками пальцев, ощупывал голову Кэйдара, особенно затылок и виски.

— Я приду ещё завтра, если надо! — Кэйдар чуть отстранился, взглянул на арана снизу. А тот плечами пожал, улыбнулся мягкой улыбкой.

— Нет, ты не придёшь… — Голос тихий, ровный, уверенный и спокойный. Кэйдар знал уже: когда Айгамат говорит таким голосом, с ним спорить бесполезно.

— Береги себя, царевич. Твои глаза видят хуже, но сердце — дальше. Слушай своё прозревшее сердце, — напутствовал Кэйдара Айгамат, проводив его до тропинки. — Марагу Айвару скажи, чтоб и он берёг себя, не студил лёгкие… — Коснулся плеча пальцами, слегка подталкивая. — Иди! Тебе нельзя задерживаться… Хотя тебя ждать будут так и так…

Кэйдар всю дорогу голову ломал над этими словами. Почему Айгамат вёл себя так, будто они виделись в последний раз? Почему? И кто ещё может ждать меня, кроме Лидаса?

А Лидас действительно был не один. Ещё издали, пробираясь в сумерках угасшего дня по склону каменистой осыпи, Кэйдар сумел разглядеть костёр и в свете его пламени — ещё чью-то фигуру. Марага узнал не сразу, сначала голос его услышал: