* * *

Прошел час, или день, или неделя. Она не сдвинулась с места. Что-то яркое забирает ее тьму.

— Не уходи, — прошептала она.

— Вставай! Он хочет тебя видеть!

Аля не шелохнулась.

— Вставай, я сказал.

Ее дернули под локоть, что-то сильно кольнуло под лопаткой. Подумаешь.

— Да что с тобой! Я не собираюсь нести тебя.

— Видимо, придется, — произнес кто-то насмешливо.

Голос выругался. Ее закинули на плечо как мешок с картошкой. Аля заплакала, не зная почему. Она не хотела об этом думать, подпускать к своему сознанию, потому что если подпустит, она сойдет с ума.

— Вот, господин, только так.

— Что с ней?

— Не знаю, господин, она не проронила ни слова, сама идти отказалась.

— Оставьте нас.

Ее посадили на что-то мягкое. Черные стены, это хорошо.

— Посмотри на меня, — прозвучал приказ.

Почему все лицо мокрое?

— Я второй раз не повторяю.

Ее схватили за подбородок и подняли его.

— Мне твои игры ни к чему, поздно притворяться. Я все знаю, у меня есть доказательства.