— Аля, борись, ты должна бороться, — говорил его голос, — я люблю тебя.

На этот раз они подействовали. Аля открыла глаза. Почему так хочется пить? Она подползла к стакану с водой, который стоял здесь со вчерашнего утра. Проклятое чувство самосохранения.

Щелкнул засов. Аля приготовилась к очередной порции боли, это даже успокоило, она поймала себя на мысли, что ждала этого в некотором нетерпении.

Но нет.

— Аля? — она не хотела слышать этот голос, — Аля, мне разрешили тебя навестить. Аля?

Больше всего на свете ей не хотелось отвечать, прилагать какие-то усилия.

— Ты спишь? Ох, Аля.

Она услышала, как Ила подбежала к ней, поставила фонарь на пол, почувствовала, как холодная рука коснулась лба.

— Ты вся горишь. Давай вставай, не лежи на полу.

Аля поддалась, Ила бы все равно ее подняла, а ей нельзя таскать тяжелое.

— Я сама.

Но Ила не слушала, она положила ее руку себе на плечи и так они дошли до лежанки в углу. Она пахла соломой и оказалась невероятно мягкой. Сестра сняла с плеч накидку и укрыла ее.

— Не зря надела ее.

— Уходи, — Аля боялась услышать то, что сестра может сказать.

— Не уйду, — сказала Ила спокойно.

Она сидела рядом, гладила ее и молчала, за что Аля была ей благодарна.

Когда она проснулась, Ила уже ушла. Аля снова погрузилась в сон, и в этот раз ей пришлось вспомнить: «Подожди меня, я скоро приду».

Потолок над головой мчался назад, его закрыла голова Илы.

— Аля, ты очнулась.

— Что случилась? — выдавила она из себя.