Вернувшись к ковру, обратила внимание на детский визг, смех и мужские голоса. Венценосные, поставив детей на большие пальмовые листья, раздели их догола и теперь поливали сразу из нескольких кувшинов. Настя знала, что в кувшинах, закреплённых за сиденьями повозок, вода нагревалась до такой степени, что приходилось добавлять холодной, чтобы получить комфортную температуру. Так что теперь орлы-воины устроили малышам настоящее купание и неизвестно, кто больше веселился и радовался этому.

  Пока она резала хлеб, рыбу и сыр, подошёл Крелл, вымокший до нитки. На руках он нёс завёрнутую в полотенце Тори, а идущий сзади такой же мокрый венценосный нёс Ксандра. Поставив детей на ковёр, мужчины принялись их вытирать. Настя одобрительно посмотрела на Крелла: - хорошо, что их искупали, а то они были такие чумазые!

  Малышня вовсю веселилась и шалила. Кажется, дорога нисколько не утомила их, чему родители были несказанно рады.

  Орлы-воины обедать с ними не стали, лишь выпили по бокалу вина и улеглись в тени громадного дерева.

  Настя и Крелл, пообедав и накормив детей, тоже прилегли, поглядывая, как Ксандр и Тори легко превращаются в птенцов и обратно. Венценосные придвинулись поближе, с удивлением наблюдая за шалунами.

  Остаток дня прошёл однообразно. В пути останавливались ещё дважды, чтобы покормить детей и отдохнуть самим, так что на станцию приехали в середине ночи. Шеба их уже ждал, потому что Крелл заранее выслал вперёд двух орлов-воинов, чтобы предупредить смотрителя. Он радостно улыбался Насте и с опаской поглядывал на Крелла. Тот был предельно вежлив и доброжелателен. Есть не хотелось, а только спать. Дети умучались за день, и теперь сладко посапывали в своих колыбельках. Крелл занёс их, так и не проснувшихся, в дом. Все вчетвером они разместились в одной большой комнате. Широкую деревянную кровать Настя застелила своим постельным бельём. Потом они с Креллом вымылись, по очереди поливая друг на друга. Естественно, после лицезрения обнажённой Насти, венценосный и думать забыл об отдыхе. Он едва дождался, когда за ними закрылась дверь в комнату.

  Орлы-воины ночевали в джунглях вокруг дома. Они расселись на ближайших деревьях и замерли неподвижными чудовищными птицами, лишь изредка переступая лапами и настороженно вслушиваясь в ночные звуки.

  Утром Настя встала поздно. Она понимала, что надо бы подниматься, завтракать и отправляться в дорогу, но так успокоительно звучали вдалеке негромкие мужские голоса, смех детей и быстрый топот их ножек по деревянному полу, что она то просыпалась, а то снова проваливалась в сон. Подсознательно она оттягивала своё появление в Йоханнесе, встречу с неприятными ей венценосными и постоянное нервное напряжение, которым эта встреча непременно будет сопровождаться. Тем не менее, сколько ни тяни, надо ехать, и Настя, вздохнув, накинула халат и вышла из комнаты. К ней тут же подбежала Тори, тянущая кверху ручки. Мать подхватила дочку и выглянула в окно. Во дворе Шеба придерживал за спинку Ксандра, сидящего верхом на страусе. Крелла видно не было. Настя всполошилась, зная взбалмошный нрав этих глупых птиц. Она торопливо пошла к выходу, но, выйдя на крыльцо, увидела, как Крелл снимает ребёнка. Стоящий рядом Шеба обернулся:- не бойся, миз Настя, этот страус такой же старый, как я! Он уже не бегает, а еле-еле ходит. - Действительно, птица, окинув мужчин и ребёнка неприязненным взглядом, высокомерно двинулась по двору прочь от них.