Она фыркнула, вспомнив, что с серьёзным видом и потрогала, и погладила, и пожалела. Да, она любила его тело, сильное, горячее и их близость радовала её ничуть не меньше, чем его.

Крелл спустился в малую столовую и с удовольствием оглядел накрытый стол. Проходя мимо Насти, чмокнул её в макушку и, отодвигая стул, сказал: - если ты не возражаешь, Настъя, то через день – два мы можем отбыть в Трансваль. Я смотрю, ты уже всё собрала! Когда только и успела…

- Сегодня к нам приезжала Лидия, - Настя задумчиво повертела в руках вилку, - и, знаешь, Крелл, мы помирились.

Он с любопытством посмотрел на неё: - ты, на самом деле, их простила? – Она кивнула, грустно улыбнулась:

- да, на самом деле. Что уж теперь… . Ведь изменить ничего нельзя. Забыть я, конечно, не забуду, но…

Наклонившись, он взял её руку, лежащую на столе, прижал к губам: - спасибо, Пёрышко, - усмехнулся: - Рэндам, после примирения с тобой, прямо порхает и сияет, как начищенная пуговица. Мы с ним сегодня весь день просидели, прикидывали, с чего начинать в Трансвале: то ли возрождать совершенно уничтоженное земледелие, то ли помочь мастерским, то ли с рыболовством и скотоводством разбираться. Так он даже ни в чём мне не возражал. Со всем согласен и готов помогать всеми ресурсами Йоханнеса.

Она возразила: - но, Крелл, это же его провинция! Было бы странно, если бы он не помог Трансвалю.

- Пёрышко, это, конечно, так, но раньше Трансваль обеспечивал себя абсолютно всем необходимым, да ещё и продавал кое-что. Тот же чай, собранный в высокогорье. А также алмазы, серу, железную руду, ещё кое-что. Цветные глины, например. А Джанг уничтожил всё. Вернее, он просто не знал, что делать со всем этим. В результате хозяйство пришло в упадок, а нам с тобой, милая, придётся его возрождать.

Настю несколько беспокоила как собственная транспортировка, так и детей. Всё это нужно было выяснить заранее. Поэтому, когда муж, наконец, наелся и они поднялись в детскую, она спросила: - Крелл, расскажи, как вы с Рэмси хотите переносить меня с детьми? – Они сидели на большом диване, глядя на играющих на ковре малышей. Он привлёк её к себе на грудь, потёрся щекой о волосы: - Настъя, твоя идея сделать гамак, как в вашей сказке про двенадцать лебедей, показалась нам не самой лучшей. В канатной мастерской нам сделали для тебя сиденье, как у качелей в парке. К ним привязана такая подставка для ног, чтобы они у тебя в воздухе не болтались. – Настя в ужасе уставилась на него:

- Крелл, я ни за что не сяду на это хлипкое сооружение! Ты же знаешь, как я боюсь высоты!