— Пока без изменений, госпожа, — проговорил он, опуская глаза. — Этот… молодой человек потерял очень много крови…

В его голосе не было надежды, и в груди Эвери снова начало скапливаться глухое отчаяние.

Отчаяние из-за того, что невозможно обратить все вспять.

Ведь Эвери не успела сказать Кристоферу, что это действительно она.

Она думала, что у нее еще есть время, что признаваться нужно не так, но… ошиблась. Времени не было. Потому что жизнь имела свойство иногда заканчиваться слишком стремительно…

Когда лекарь закончил перевязку, Эвери попросила всех выйти, и даже Вайлет нехотя развернулся и ушел, хотя явно не хотел. В его взгляде сквозила острая тоска.

Эвери опустилась на колени перед принцем и замерла, вглядываясь в его бледное лицо.

За последние часы она много думала. Думала о способности человека прощать и забывать об ошибках других. Есть ли у нее действительно сила перечеркнуть всё, что наговорил ей принц в Ашерване?

Да, ведь он раскаялся.

А сейчас он умирал. Несмотря на магическую подпитку Эвери, всё ещё умирал, и надежды на его выздоровление было мало: настолько его ранение оказалось фатальным.

Девушка почувствовала, что к глазам снова подступают слезы. Странно, но она совершенно не чувствовала движения брачной магии. Словно сейчас, в этот трагический час все её чувства исходили не от магической силы, а исключительно из её собственного сердца…

— Выживи, прошу тебя… — прошептала Эвери надрывно, впервые называя принца на «ты». — Я — Эвери…

***

Ночь снова опустилась внезапно: с наступлением холодов дни становились всё короче.

Подул северный ветер, принесший с собою противную метель и пробирающий до костей холод.

Вайлет разжег в шатре примитивный переносной очаг, сложенный из нескольких железных пластин, и подал Эвери немного еды и вина.

— Пища проверена, все в порядке, — сообщил он, пытаясь всунуть блюдо в руки Эвери, но та, не отрываясь смотрела в лицо Кристофера и выглядела очень измученной.

У принца поднялся жар, и теперь надежды на его спасение стало еще меньше: лекари наконец-то выдали информацию, что меч, которым он был ранен, оказался измазан ядом.

— Тебе нужно подкрепиться, Эвери, — аккуратно проговорил Вайлет, присаживаясь рядом с девушкой на корточки и поднеся тарелку фактически к ее лицу.

— Не хочу… — флегматично ответила она, даже не поворачиваясь. — Я не голодна.