Стою я зол, при вратах ада,

Осознаю, не миновать концу.

Но я хотел бы человеком быть,

Страдать, и верить, и любить,

Свою печать позорную забыть.

Огнем сгореть и вновь, как лед остыть.

А ведь это твои стихи, Тенебриус, признайся, – подумала я.

– О чем задумалась? – вернул меня из мира видений в мир людей мой спутник.

– Ни о чем, – соврала я. Наваждение прошло. И ведь он был рядом и сейчас. Живой и настоящий. Странное видение, которому не стоит доверять. Силы тьмы хотят сбить нас с пути.

* * *

Мы пересекли площадь и направились по скверу, пока не вышли к церкви. Она стояла на круглом искусственном уступе, выложенном плиткой.

– Идем Окольным градом! – пояснил спутник.

Мы обошли храм, ступив на самый край уступа. Вниз спускалась снежная горка, а у подножия как раз проходила мощеная дорога, по которой мы и попали в город. За ней – Черная река. Арочный Калинов мост над ней. Флорентина рассказывала про таинственное Заречье, и вот хоть издалека я увидела, где это находится. Жаль, Флорентины с нами нет.

Мы недолго смотрели вниз, размышляя, каждый – о своем и пошли назад. Рядом с храмом стояла палатка защитного цвета. К ней был прилажен крест, а на входе висела бумажная икона.

– Что это? – спросила я.

– Разные группировки сектантов сражаются за право обладать церковью.

– Как думаешь, есть ли здесь вход?

– Наверное, есть, находится близко, – сказал Тенебриус.

Я увидела, как из палатки вышли люди и стали обходить церковь крестным ходом.

– Ну что, пошли внутрь! – скомандовал Тенебриус и нырнул в дверь церковки, а я за ним.