Светлый фон
«Эану» закричала: «Эану!»

– Этого недостаточно, Тор.

Он хотел было протянуть к ней руку, но остановился, вместо этого сжал ее в кулак и прижал к себе.

– Эльске будет в Гринстаде, – хрипло произнес он.

Рен поняла, что он имел в виду: где бродит Эльске, там рядом и ее хозяин. Он предлагал ей спасательный круг, еще одну причину пойти к алтарю и связать себя с Анселем. Но корона была судьбой Рен. Даже если иногда она этого не хотела. Даже если в мрачности последних нескольких недель она обнаружила, что тоскует по более простой жизни в более безопасном месте без указаний бабушки, подталкивающих ее к трону.

– Требуется немалая храбрость, чтобы встретиться с неизвестным, – сказал Тор, когда она не ответила. – И судя по тому, что я знаю о вас, Ваше Высочество, у вас нет недостатка в этом.

Храбрость. Это слово было похоже на спасательный плот во время шторма. Тор был прав. Рен пришла в Анадон со всей храбростью ведьм. Она была внучкой Банбы Гринрок, самой свирепой ведьмы, которую она когда-либо знала, которая доверила ей – и только ей – будущее ведьм. Она учила Рен не робеть при первых признаках опасности и не отступать при внезапном изменении плана.

Храбрость.

Рен вздернула подбородок, встретившись взглядом с расплавленным серебром глаз Тора, и произнесла самую правдивую вещь, которую когда-либо говорила ему:

– Ты прав, солдат. Думаю, нет ничего хуже, чем прожить трусливую жизнь.

Вот почему она собиралась получить корону, за которой пришла сюда, независимо от того, кто или что стоял на ее пути.

 

Роза Глава 30

Роза

Роза

Глава 30

Шторм была быстрее, чем помнилось Розе, ее копыта едва касались земли. Если бы Роза не видела клубы пыли, кружащиеся вокруг них, когда они мчались сквозь ночь, она могла бы подумать, что они летят. Роза изо всех сил вцепилась в лошадь, ее грива хлестала девушку по лицу, когда ветер несся рядом с ними.

Когда они добрались до Плачущего леса, Шторм замедлила ход и склонила голову в знак почтения. Роза обхватила бедрами лошадь, подгоняя ее вперед, но Шторм шла осторожно и медленно, как будто что-то в тумане останавливало ее.

Или, возможно, кто-то.