Шторм, которая все это время бродила поблизости, вернулась к Розе и легонько толкнула ее в плечо, как бы говоря, что
Роза дрожала, пока поднималась на ноги. Она прижалась лбом к стволу и дала обещание душе Орты Старкрест.
– Когда я вернусь домой, я изменю все в Эане, – прошептала она. – И когда я стану королевой, я буду править от имени всех ведьм под знаменем твоего наследия.
С трясущимися руками и ногами она снова взобралась на Шторм, ее сердце горело от ненависти к человеку, которому ее учили поклоняться. Он не герой. Он всего лишь злобный, отвратительный негодяй, беспрестанно и безжалостно убивающий ради силы, которой никогда не мог по-настоящему владеть.
Когда Роза добралась до холмистых дюн пустыни Ганьев, она решила оставить все мысли о Защитнике позади, но она не могла избавиться ни от воспоминаний о лице Орты Старкрест, ни от страха, прячущегося в этих широких изумрудных глазах, которые были так похожи на ее собственные.
* * *
В пустыне царила благословенная тишина, и за это Роза была благодарна. Она доверила Шторм вести ее, но после нескольких часов езды под палящим солнцем все еще не было никаких признаков Золотой горы, куда Шен возил ее отдохнуть.
– К пещерам, Шторм, – приказала она со всей твердостью, на которую была способна, хотя горло болезненно пересохло и сжалось от паники. – Нам нужно спрятаться от солнца!
Даже если лошадь и услышала ее, она этого не показала. Она поскакала вперед, в золотую бездну. Пот стекал по спине Розы и скапливался у нее под мышками. Ей было невыносимо жарко, а солнце все еще поднималось в небе. Если в ближайшее время они не доберутся до укрытия, она погибнет от жары.
И затем она увидела это – роща деревьев, мерцающая сразу за следующей дюной. Они резко выделялись на фоне песка, их темно-зеленые ветви манили к себе. Она была готова поклясться, что услышала звук бегущей воды и увидела капли, свисающие с мягких листьев.
– Шторм! Туда! – прохрипела она, направляя лошадь к деревьям. – Быстро!
Шторм вскинула голову и побежала в другом направлении.
–
Лошадь зарылась копытами в песок и остановилась.
Роза похлопала ее по боку.
– Что с тобой такое? Вперед!
Но теперь лошадь замерла как статуя, ее коричневые глаза смотрели на Розу.
– Ладно, – тяжело дыша, произнесла она. – Ты можешь остаться здесь. А я посплю в тени.