Мы с Руром переглянулись и уставились на него, с интересом и опаской ожидая, что будет дальше.

Вообще, когда Рур наводил две новые порции кофе, он почему-то не стал выливать тот самый, первый напиток, в который я случайно всадила магический разряд. Наверное, его грызло любопытство, каким же действием он обладает. Вместо этого опасная жидкость была бережно отставлена в сторонку. Возможно, её планировалось потом на ком-нибудь испытать. Вот и испытали…

Глава 62

Глава 62

Шрам икнул, мотнул головой, прочистил горло и… всё. Никаких изменений не проявилось. Чесаться он не начинал и вообще выглядел вполне себе неплохо. Даже, кажется, кофе помог ему прийти в себя. Может, это и есть его особая сила – приводить в чувство? Тогда свойство крайне полезное…

Я уж успела призадуматься и прикинуть широкие возможности применения нового напитка, когда Шрам, наконец, прервал паузу.

– Шеф, выходит, мы теперь можем… – начал рассуждать он и тут же замолчал, жалобно ойкнув и дико вытаращившись на чашку, из которой только что пил. Умка изумлённо тявкнула. Ведь всё бы ничего, но прославившийся своими боевыми отметинами бандит говорил красивым, мелодичным, нежным, практически мурлыкающим… женским голосом! Такой голос мог бы принадлежать трепетной блондинке или милой гламурной фигуристой брюнетке с женственными формами и кукольным лицом… он несомненно украсил бы и ту, и другую, ввергая окружающих мужчин в пучину эротических фантазий одним своим звучанием…

Но из уст брутального Шрама слышать подобные звуки было настолько странно и неестественно!

От несоответствия формы и содержания мозг впадал в ступор.

– Угу. Ну теперь ясно, – кивнул Рур так, будто всё шло по плану. Впрочем, он всегда выглядел так, будто все неожиданности лично утвердил в графике ещё со вчерашнего дня. Только при долгой тренировке и длительном взаимодействии можно было заметить мельчайшие изменения интонаций или выражения глаз, по которым получалось хоть как-то вычислять эмоции. – Ты иди. Камеру забери и проверь всеми возможными способами, реагирует ли на неё хоть какая-то магическая защита. Только займись этим сам. Никто, кроме присутствующих здесь, о камере знать не должен. За сохранность тайны отвечаешь головой.

– А как же?.. – нежно и беспомощно пролепетал бедолага, ткнув пальцем в своё горло.

– Это ненадолго, – пообещал Рур. Пообещал так, будто собирался вскоре замочить голосистого помощника и прикопать на каком-нибудь пустыре. Тот поёжился. – Зато меньше будешь болтать, а в наших условиях жесточайшей секретности это только в плюс.