Я решительно отошла от шкафа и задумчиво двинулась в гостиную, не переставая размышлять о том, что ждёт меня завтра на финальном собеседовании и о реакции Рура на эту новость.

Однако же стоило войти внутрь, как на время все мысли попросту выпали из головы.

Я встала как вкопанная, дико осматривая изменившуюся гостиную.

Во-первых, там появился камин, оформленный красными и белыми кирпичиками. Ковёр во весь пол исчез, зато перед камином лежала имитация пушистой овечьей шкуры.

Во-вторых, посреди накрытого к чаю стола стоял большой букет белых роз!

Ну и завершающий штрих – помимо всевозможных банановых пирожных и шоколада я заметила большую прозрачную вазу с вишнёвым вареньем…

Буквально задыхаясь от ярости, я присела на корточки и потрогала пальцем пол. Тёплый, как и следовало ожидать. Как он всё успел? Ах, да разве это сейчас важно?!

Получается, он слышит абсолютно всё и везде: в моей комнате, в комнате Валды, в фургоне крысанов… абсолютный контроль! Выходит, я всегда и везде под наблюдением! Как он этого добился? Установил везде камеры и прослушку?! Даже Пырщ не зашёл так далеко!

Более того, чёртов бандит даже этого не стесняется! Ведь не мог же он не понимать, что я вполне способна срастить факты и сделать выводы! Небось ещё горд собой! Может, даже восхищений ждёт – мол, какой ты внимательный, Рур! И о безопасности моей заботишься так чутко…

Едва не рыча, я рванула назад и злобным ураганом ворвалась в спальню Рура, даже не подумав о том, что там, как в прошлый раз, может быть Шрам. К счастью, Шрама не было. И Рура тоже. Зато Умка лежала в одном из углов и дремала, положив морду на лапы. Наверное, следовало подумать о том, почему она здесь, а не ушла с хозяином. Но к тому моменту способность здраво соображать испарилась.

– Ах, тебя ещё и нет! – рявкнула я, окончательно взбешённая ситуацией и невозможностью выплеснуть злость.

В этот момент одна из дверей, ведущих в смежные помещения, открылась, и оттуда вышагнул Рур.

– Ты кричала? – уточнил он, нахмурившись.

Честно сказать, в первое мгновение я застыла. Было видно, что мой вопль выдернул Рура прямо из душа. По волосам и телу стекала вода, а из одежды имелось только полотенце, явно впопыхах обёрнутое вокруг бёдер. Казалось, оно упадёт от любого резкого движения.

– Что случилось? – уже спокойнее спросил он, чуть насмешливо наблюдая за тем, как я молча его рассматриваю, и небрежно прислонился к косяку, словно был одет в свой обычный костюм.

Смущение, разлившееся внутри кипятком, снова сменилось яростью, даже более жгучей, чем до этого. Теперь добавилась ещё и злость на себя и свою реакцию.