Она слабо вздрогнула, когда клыки прокололи кожу. Смяла в горсти рукав моей рубашки, вцепилась в нее, как пловец, уносимый бурным течением реки, хватается за ветви деревьев. Потом прошептала: «Ничего…»

Я все время гладил ее плечи и баюкал на руках, чтобы то темное, что приближалось к Лети, было больше похоже на сон, чем на смерть. Ее уставшее сердце затрепетало, толкнулось в последний раз и замерло…

И одновременно с этим последним толчком дверь, ведущую во двор, сорвали с петель одним мощным ударом.

Небольшая комнатка флигеля быстро заполнилась неизвестными людьми. Некоторые сжимали в руках ножи, другие – деревянные колья.

Я ничего не понимал до тех пор, пока не заметил в толпе знакомое лицо, обезображенное синяками и порезами, которые, однако, уже заживали. А узнал я его по копне темных волос и злобной ухмылке.

Амер.

– Отойди от Летиции! – приказал он так, будто имел на это право.

– Никогда.

– Парни…

Он махнул рукой и посторонился, пропуская ко мне головорезов. Все, что я успел, – закрыть Лети своим телом. Я ничего почти не мог без магии, которую отдал, чтобы привести Летицию в чувство.  В спину вонзались лезвия. Я сбился со счета. Что-то хрустнуло внутри, когда острие осинового кола пробило легкое и вошло в позвоночник.

Осина. Что за предрассудки, Амер… Уж тебе ли не знать…

Во рту сделалось солоно. У вампиров тоже соленая кровь. Горячая и соленая.

– Лети…

Когда меня оттаскивали в несколько рук от постели, на которой лежала моя бездыханная девочка, я думал лишь о том, чтобы удержаться рядом. Коснуться. Позвать. Я содрал ногти, цепляясь ими за грубые доски пола. На полу оставались кровавые полосы.

На мгновение почудилось, будто такое случалось со мной прежде. Вкус крови во рту, боль, разрывающая легкие, и куда хуже – боль, разрывающая сердце, из-за того, что я не смогу спасти любимую.

– Лети!

Меня отволокли в угол комнаты. Распластали на полу, растянув руки и ноги, придавили тяжелыми подошвами, а Амер опустив ногу на грудь, выдавил воздух. Я закашлялся, на губах закипела кровь.

– Ну что, – сказал мой враг. – Посмотри-ка, как удачно все сложилось!

Вопреки здравому смыслу я продолжал тянуться к Лети. Кончиками пальцев. Душой. Мыслями. Я удивился, как я еще дышал с такими ранами, а потом понял, что это все благодаря чудесной крови. Моя девочка, сама того не зная, снова спасала меня.

– Дай… позвать… – протолкнул я сквозь зубы.