«Или за его обитателями», – мысленно добавила я, памятуя о паранойе Шона.

– …а потом и в модулятор взросления, который вы видели. Его не утвердил мой тогдашний куратор, сославшись на небольшой потенциальный спрос из-за бесплатных приложений для коммуникаторов со сходным функционалом, и он так и остался на стадии прототипа.

– Ужасно! – возмутилась я. – Йелло, ваш модулятор прекрасен! Я бы его с руками и ногами оторвала, попадись он мне на прилавке.

Господин Фейн усмехнулся.

– Спасибо.

– Серьезно! К тому же что-то мне подсказывает, что ваш прототип создает гораздо более точный образ, чем какие-то программы.

– Думаю, да.

Я улыбнулась, крепко его обняла, а потом по-дружески положила голову ему на плечо и снова начала выуживать из облака всяких зверьков, думая о совершенно разных вещах.

О том, что надо бы переговорить с Кристиной по поводу чудесного прототипа господина Фейна – вдруг получится его протолкнуть? О том, что писатели, только попавшие в Эдем, создают зачастую простые, но трогательные вещи, которые могут быть не настолько денежными или революционными, как творения топов, но ценными для обычных людей, дорогими их сердцам. И о том, как бы перекосило господина Феррена, узнай он, что вместо того чтобы дымиться и медленно закипать в своей сфере, я сейчас наслаждаюсь рыбалкой в обществе Йелло.

Мысли о Шоне не отпускали. Он старался казаться каменной глыбой, но где-то внутри, под всеми этими слоями амбиций, высокомерия и холодной сдержанности, скрывалось пылкое, чуткое сердце, которое умело любить. Как и я, он тосковал по дому, хотя и не хотел в этом признаться.

Но тогда почему за столько лет, проведенных в Эдеме, так и не обзавелся семьей? Или хотя бы друзьями? Несмотря на то, что многие себя таковыми считали, мне порой казалось, что Курт (который знал его совершенно другим человеком) и Элли (которая, можно сказать, измором взяла этот неприступный бастион) были его единственными привязанностями. К чему бы все это? Я не знала. И мысленно внесла еще один пунктик в свой список «Странности господина Феррена».

Глава 6 Подводные камни

Глава 6

Подводные камни

Договор с «Либрум Индастрис» оказался кабальным. А контракт с «Пантеоном» и того хуже. Он был действительно пожизненным, причем я могла его расторгнуть, только получив гражданство. А это было возможно лишь в случае вступления в брак с состоятельным коренным жителем ФФЗ, который бы гарантировал ежемесячную выплату писательского налога вплоть до моей смерти, при условии, что у администрации Небес на этот счет не имелось бы никаких возражений. Мрак! И как меня угораздило подписать оба документа практически не глядя?!