Хэ Су давно спала, а он не мог заснуть и смотрел в расчерченный балками потолок, тихонько поглаживая любимую по волосам, плечам, покатому бедру – везде, куда мог дотянуться. Он собрался было укрыть её одеялом: ночи стали прохладнее, но для этого пришлось бы потревожить спящую, а он этого не хотел. Пусть спит. Он согреет её. Его тепла хватит на двоих.

Погрузившись в свои невесёлые мысли, ставшие уже привычными в последнее время, Ван Со не заметил, как размытое пятно света сместилось на постели и теперь полностью выхватывало из сумрака хрупкую фигурку Су. В лунном мареве её кожа отливала жемчугом. Взгляд императора скользнул с её спины с выступающими позвонками по ложбинке поясницы, ниже, к бёдрам и острым худеньким коленям.

Ван Со болезненно поморщился, сдерживая стон. Ноги Су, особенно возле колен, которые на пытках выворачивали толстыми бамбуковыми палками, были покрыты грубыми рубцами.

Видел это, знал об этом и мучился этим лишь он один. Придворный лекарь Ким в расчёт не шёл.

Ван Со судорожно вздохнул, представив, какие раны должны были оставить после себя подобные шрамы, и какую адскую боль нужно вытерпеть, принимая все эти истязания. Ему ли этого не знать! Ему, у кого всё тело было покрыто подобными узорами, которые ни стереть, ни забыть не получится. Но он – это другое. Он – мужчина, воин, он может и должен вынести худшее.

А Хэ Су… Бедная маленькая храбрая девочка… Ван Со вновь почувствовал бессилие и вину: тогда он не справился, не сумел её уберечь, хоть и выпил яд. Тогда он едва не потерял её!

Что же за день такой? Сегодня его почему-то неотступно преследовали мысли о потере. И как только он их касался хотя бы вскользь, у него внутри всё леденело и он смотрел на Хэ Су и брал её за руку, чтобы убедиться, что она здесь, рядом, что это только его нелепые страхи, невесть откуда возникающие в голове.

А может, это всё из-за того, что она отклонила его предложение и он принял её отказ, несмотря на то, что сердце его обливалось кровью?

Женщина со шрамами на теле не может стать женой императора. Оказывается, со шрамами на душе – тоже.

Ван Со напрягся, пытаясь справиться с дыханием, которое сбилось от одной только мысли о прошлых и нынешних горестях. Сердце застучало так громко, что он испугался: вдруг разбудит Су? Она не могла не услышать его, прижимаясь щекой к его обнажённой груди как раз там, где раздавались гулкие толчки.

Он несколько раз глубоко вдохнул, подождав, пока пульс угомонится хоть немного. И всё это время его ладонь не переставала ласково поглаживать шелковистую кожу Су.