Мы помолчали, думая каждый о своем, потом я скомандовал:

-- Идем завтракать, потом я еду за водорослями, потом на рынок, и буду разгружать вам дрова. Мари, если нужна какая-то еще помощь, скажи.

-- Оскар, на рынок за фруктами и сахаром я бы предпочла сходить сама. Мне надо будет выбрать из того, что есть.

Секунду подумав, я кивнул:

-- Хорошо. Сходим вместе. Но ближайшие два дня ты занимаешься только этим самым агаром. Бери все сковородки, блюдца и тарелки и суши свое зелье. Чем быстрее, тем лучше.

К брату Селону я выбрался только к вечеру. Разговор был долгий. Сперва сама идея перепугала его чуть не до смерти:

-- Помилуйте, ваша светлость, да как же я могу! Да и нет у меня таких знакомств, и отродясь не было!

Я давил на него совершенно безжалостно:

-- Брат Селон, я не всемогущий волшебник из детских сказок. Я не могу по щелчку пальца организовать себе войска. Так что выбор у вас простой – или вы едете со мной и делаете, что скажу, или ваша младшая дочь пойдет экономкой к господину мэру. И еще, нам нужна будет лошадь с телегой и все деньги, которые вы смогли отложить на черный день. Считайте, святой брат, что он настал…

Сахар действительно стоил очень дорого. Из фруктов на рынке Мари выбрала яблоки, почти такие же, как росли в нашем мире, некое подобие груш, темно-бордового цвета, но, совершенно грушевой формы и вкуса. Это и были те самые маратусы.

Заодно, поговорив с торговцами, я узнал, что здесь, в нашем районе маратусы плодоносят мало, потому и дорогие.

-- Так ить, ваша светлость, тепло они любят. Где поюжнее – дак там и просто так растут, без всякого саду. А здесь-то у нас и тряпьем укутать дерево на зиму надо, и хвойничком обложить, и все равно, -- торговец чуть раздраженно махнул рукой, – вымерзают зимой частенько. Потому и цена этакая!

Кроме этого, Мари выбрала еще какую-то кисло-сладкую ягоду, уже слегка подвяленную, но все же не сушеную. Из любопытства я попробовал – похожа на малину, но косточки крупнее.

Еще были приобретены три горшка с плотными крышками, несколько свечей, два мелких волосяных сита и медный котелок.

Плотник с удовольствием отдал нам все обрезки досок, которые Мари потребовала отшлифовать прямо при ней. Я с трудом доволок весь груз до замка.

Дальше мне пришлось толочь сахар, потому что Мари не нравилась его фракция.

-- Не в пудру, Оскар, но он должен быть раза в два-три мельче. Примерно, как манная крупа, понимаешь?

Потом я протирал через сито сваренные фрукты – ужасно скучная и нудная работа. Через четыре дня я имел три залитых воском горшка с мармеладом разных сортов, телегу с парой крепких коньков, которых святой брат взял напрокат у кого-то из горожан, мешок зерна – чтобы кормить эту живность в дороге, и корзину еды, которую Олла собирала сама – Мари было некогда. У меня осталась одна серебрушка и горсть медях.