— С какой целью вы прибыли в Волшебные земли? — спрашивает один из охраны.

Я вглядываюсь в их лица и понимаю, что охранники одинаковые. Буквально идентичные. Ни единой собственной черты, будь то разрез глаз или морщинки в уголках губ. Даже Ваня с Даней по сравнению с ними — чужие друг другу люди.

— Север, почему они вас не знают? — спрашиваю я.

— Охрана меняется каждые три дня, — отвечает Филира. — И они ни разу не повторяются дважды.

— С какой целью вы прибыли в Волшебные земли? — вопрос повторяет второй охранник.

У них одинаковые голоса. Одинаковые позы. В одно мгновение они даже моргать начинают синхронно.

— Передайте королеве, что пираты вернулись с посланием, — говорит Север.

Филира и Гло равняются с ним. Север — привычно в центре. Он, как я уже успела заметить, в их команде нечто вроде педали газа. Кирилл при жизни был рулевым колесом. Он направлял, Север исполнял. А девочки… не знаю, наверное, что-то не такое значительное, но неизменно незаменимое. Может, кузов. Оболочка. Объединяющее, держащее всех рядом.

Единый механизм. Точно как стражи. Без одного остальные никогда не будут функционировать правильно.

Охранники начинают шептать. Впервые за всё время они делают что-то не в унисон. Затем к ним присоединяются и другие голоса, доносящиеся из ниоткуда и одновременно отовсюду. Сначала их десятки. Уже спустя полминуты — сотни. Стоит только прислушаться, как я различаю одну единственную фразу, которую они повторяют без остановки:

«Пираты вернулись с посланием».

Ждать приходится не больше пары минут. Когда в итоге охрана расходится в стороны вместе с открывающимися воротами, я уже не знаю, чего ждать дальше.

— Это всё похоже на сон, — шепчет Ваня.

Мы идём рядом, когда направляемся к воротам. Наши ладони соприкасаются внешними сторонами.

— Сон на антибиотиках в бреду, — продолжает он.

Я киваю. Сложно не согласиться.

Чем дальше мы проходим, тем теплее становится воздух вокруг нас. Он нагревается, но медленно, из-за этого я осознаю разницу в температуре лишь тогда, когда чувствую липкий пот под волосами.

Мы идём долго. Казалось, замок находится гораздо ближе, но преодолев ворота, мы лишь ступаем на широкую мощёную дорогу. Идти по подобной — сродни пытке. Ступни раз за разом соскальзывают с кладки, я спотыкаюсь и не лечу носом вперёд только благодаря Ване, выставляющему руку в сторону, чтобы остановить моё падение.

Везде вокруг растёт голубая трава, а вдоль дороги вместо бордюра — красные бутоны неизвестных мне цветов размером с голову грудничка.

Я смотрю на Власа. Звать его мне не хочется, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимание, поэтому я держу долгий зрительный контакт и надеюсь, что он это почувствует. Так и выходит; совсем скоро Влас ловит мой взгляд и говорит: