— Готовьтесь к тому, что глазам здесь верить стоит в последнюю очередь.

Мы в царстве иллюзионистов. Фокусников. Лучших мастеров, когда дело касается обмана и миража. Я думаю о Христофе и мне хочется сказать, что я давно уже перестала доверять тому, что вижу, но меня опережает Ваня.

— У меня такое ощущение, что мы прибыли на ужин к людоеду, — брезгливо оглядываясь по сторонам, произносит он.

— В качестве закуски? — уточняю я.

— Или десерта.

Никто не смеётся, в том числе и мы сами. Нервное напряжение нарастает.

Когда заканчивается мощёная дорога, начинается река. Сразу, без берега или спуска. На другой её стороне — красный песок и замок с огромной резной дверью, ведущей внутрь.

— Я плавки дома оставил, — заявляет Ваня. — Что делать будем?

— Вы то, что я пять секунд назад сказал, слышали? — раздражённо ворчит Влас.

Он выходит вперёд, останавливается у самого края реки; дальше — только в воду. Глядит на свои ботинки. Мне кажется, он раздумывает, снимать их или нет. В итоге решает оставить.

— Ты собираешься пройти её? — спрашиваю я.

— Влас, ты, конечно, могущественный ведьмак, и всё такое, но ты уж точно не Моисей и не можешь управлять водой по своему желанию, — замечает Ваня.

Влас не слышит (или не слушает?). Делает шаг. Затем ещё. И ещё. Я всё жду, что в один момент он попросту провалится на глубину: очень уж тёмная вода в этой речке, чтобы казаться мелкой. Но этого не происходит. Вместо этого Влас спокойно доходит до самой середины. Там разворачивается к нам лицом, разводит руки в сторону.

— Глазам здесь верить не стоит! — повторяет он.

Я облегчённо выдыхаю. Значит, это иллюзия. Некое защитное препятствие, чтобы обвести вокруг пальца тех, кому удалось попасть на территорию Зимнего двора как-то иначе, нежели через главный вход.

Влас, не сводя с нас «я же говорил» взгляда, подгибает колени, подпрыгивает и спокойно приземляется на водную гладь как на твёрдый пол. Я, находясь ближе всех к реке, завожу ногу, чтобы сделать шаг и присоединиться к Власу, но тот вдруг исчезает из нашего поля зрения, проваливаясь вниз.

Ни брызг, ни волн, ни ряби на водной глади. Влас просто в один момент есть, а в другой — нет.

— ВЛАС! — кричу я.

Кидаюсь, чтобы добраться до точки, где его не стало, но Ваня успевает схватить меня за куртку и потянуть назад.

— Слава, нет!