— Вы королеву видели? — спрашивает спокойно, будто ничего до этого не говорил.

— Да, — отвечает Влас.

— Королева — это Клео, жена Григория, первого стража, — присоединяюсь я. — Мы с ней знакомы с… ну, ты понимаешь. С того времени.

— Ох. И что ей нужно было от тебя?

— Она знала обо всём, включая путешествие во времени. И жаждала проучить меня, показать, во что превратилась её жизнь после того, как я в неё вмешалась, — я хмыкаю. — Будто сама не знаю, что лучше после этого не стало никому.

Взгляд сам скользит к Власу.

— Погодите, — Ваня переводит моё внимание на себя. — Насколько я знаю, Клео была выходцем из Летнего двора. Как она тогда оказалась в Зимнем?

Я жму плечами.

— Понятия не имею. Знаю только, что после Кровавого пира она вернулась сюда, в Волшебные земли. Что было дальше — не представляю, но мне известно, у кого можно спросить.

— У кого?

— Ты мне не поверишь…

Я качаю головой. Как так выходит, что краеугольным камнем всегда становится Эдзе? Что со мной не так? Или с ним? Почему мы всё время сталкиваемся, если при этом оба так сильно этого не желаем?

— Нашли почти всех, — констатирует Влас. — Остался Север.

— И именно он знает, где искать Вету, — добавляю я. — Какая ирония.

— Или злой рок, — задумчиво тянет Влас.

— Или просто коварный умысел королевы, — скептически подмечает Ваня. — Злой рок. Тоже мне, святой отец, блин.

Ваня так быстро приходит в себя, что я не знаю, бояться или восхищаться этой способностью.

— И что, кто-нибудь имеет хоть малейшее представление, где искать Севера? — спрашивает Ваня уже в коридоре.

Смотрит на Гло и Филиру как на ближайших его друзей. Филира дёргает плечом — это её единственная реакция на вопрос Вани. Но ненадолго. Чуть погодя, она, вздыхая, начинает говорить:

— Наверняка это что-то, что связано с Кириллом. Он сильно любил его. Кирилл был для него тихой гаванью. Он умел успокоить его, подбодрить, дать надежду. А теперь его не стало, и Север…